Куликов Виктор — Первый из первых или Дорога с Лысой горы

Тут можно читать онлайн книгу Куликов Виктор - Первый из первых или Дорога с Лысой горы - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Социально-философская фантастика. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Первый из первых или Дорога с Лысой горы
Язык книги: Русский
Язык оригинальной книги: Русский
Издатель: ИПП «Прометей»
Город печати: Тверь
Год печати: 1995
ISBN: 5-87091-024-2
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Первый из первых или Дорога с Лысой горы краткое содержание

Первый из первых или Дорога с Лысой горы - описание и краткое содержание, автор Куликов Виктор, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

Мастер, Маргарита, Воланд — герои великого романа Булгакова становятся главными действующими лицами этого романа. «Благодаря им прошлое смешивается с настоящим, события приобретают характер непредсказуемый и драматичный, Любовь и ненависть сталкиваются в открытом поединке, а Добро торжествует, увы, не всегда…»

Первый из первых или Дорога с Лысой горы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Первый из первых или Дорога с Лысой горы - читать книгу онлайн бесплатно, автор Куликов Виктор

Виктор Куликов

Первый из первых или Дорога с Лысой горы

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

«Кто прав: весь мир иль мой влюбленный взгляд?»

У. Шекспир, 148-й сонет.

ГЛАВА 1

ГЕРОИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ

На самом краю бесшабашного бабьего лета над Тверью всходил невозможный день.

Ядовитый рассвет его так зловеще вскипал подзлащенною кровью, что любой наблюдатель, с первого взгляда, оторопев, понял бы, что день наставал бессердечный, и никому не будет ни милости, ни прощения.

Только откуда же было взяться ему, наблюдателю, если в те предательски неуловимые окровавленные рассветом секунды Тверь спала. Вся.

Да, еще можно было хоть что-то понять, все почувствовать и попытаться забить тревогу, но во всем полумиллионном городе не оказалось тогда ни одного бодрствовавшего человека. Ни единого. Как забылась Тверь непонятным тревожным сном ровно в одиннадцать вечером накануне, так и… хоть спали ее всю, до последней скамейки. Она продолжала спать.

А потому и не видел никто, как городу явились двое…

Они возникли из зыбкого сизого облака, лишь на мгновенье коснувшегося стертых булыжников городского сада и тут же исчезнувшего. Но оставившего после себя Даму и Кавалера.

Одеты оба были престранно. Дорожные плащи ниспадали тяжелыми складками с плеч и до пят. Высокие ботфорты, перчатки с раструбами до локтей. Тугие кожаные пояса по бархату камзолов, кружевные воротники, смущенные собственной белизной.

Короче, явившиеся выглядели совершенно чужими. И городу этому, и времени, и вообще. Чужими.

Но, Господи-Боже ты мой, у скольких людей при взгляде на них радостная боль вонзилась бы в сердце! Сколько людей задохнулось бы от волненья, узнав их мгновенно!

И не ошиблись бы, нет, не ошиблись. Ибо за последние пятьдесят с лишним лет герои, придуманные не нами, не изменились ничуть.

Время не властно над теми, кто его не боится, запомните это. А уж они-то его не боялись. Они, давшие свободу пятому прокуратору Иудеи и обретшие вечный покой в старом доме с венецианским окном и вьющимся по стене виноградом. В доме, где по вечерам зажигаются свечи и звучит музыка Шуберта. В доме, вокруг которого цветут и никогда не отцветают грустные вишни.

Они, это были они! И да простит мне Всевышний, что вернул их назад.

Ну так вот… Осмотревшись, вдохнув глубоко и сладко, Дама и Кавалер неслышно прошли к парапету, отделявшему сад от обрыва, скользившего к Волге, и оказались у памятника самому непонятому из поэтов.

Застывшая перед ними река выглядела особенно загадочной и угрюмой. Еще бы! Она-то уж знала, что за день поднимался.

— Вот мы и вернулись, — голосом с хрипотцой заме тила Дама. — И это не сон. Мы снова здесь. Забавно!

Ее спутник кивнул и, обняв за талию, притянул Даму к себе:

— А мне почему-то грустно.

— Все правильно! Разве может быть весело, когда возвратишься в прошлое?

— Да, увы, но этот мир для нас — прошлое. — согласился Кавалер.

— В этом мире и нет ничего кроме прошлого.

Глядя на реку, Кавалер признался:

— Знаешь, а ведь я так толком и не понял, зачем мы вернулись.

— Ты слишком был занят работой, своей бесподобной трагедией, и не слушал меня, — нисколько не удивилась Дама.

— Так зачем же?

Дама ответила с озорною улыбкой: Нас пригласили на праздник!

— На праздник?

— На самый фантастический праздник из всех, какие здесь были.

Кавалер понимающе усмехнулся:

— Значит нас пригласил мессир.

— Не только…

— Что? — с изумлением на лице повернулся к ней Кавалер. — Уж не хочешь ли ты сказать, что нас пригласил и мессир, и… Он?

Дама восторженно рассмеялась. Чуть слышно.

Однако при первых же звуках ее приглушенного смеха птицы с деревьев сада брызнули в небо осатанело. А две замешкавшиеся вороны замертво свалились на землю.

— Именно так, мой любимый, мне было сказано, именно так!

Кавалер нахмурился:

— Но если они устраивают праздник вместе, то значит все уже предрешено? Значит круг замыкается?

— Конечно! И мы будем при этом присутствовать. Представляешь?

Кавалер нахмурился еще более:

— Вот этот час и настал? Круг замыкается… Рано или поздно он должен был замкнуться. Неизбежно. И тогда начнется круг новый. Так предначертано. Кончается все, но ничто не кончается навсегда. И удивляться тут глупо. Но присутствовать при этом? Не знаю, мне как-то не хочется.

— Однако мы уже здесь! — Даме не нравилось настроение спутника.

— Жаль.

— Наверное, на тебя угнетающе действует вид этой печальной реки, больше похожей сейчас на траурную ленту. Пойдем отсюда. Нам пора, — Дама взяла Кавалера под руку.

И зыбкое сизое облако мгновенно окутало их, и они растаяли в нем.

Тотчас же беззвучно растаяло и само облако, оставив на стертых булыжниках сада только пятно испарины. Которое, впрочем, серебрилось недолго. И пропало…

Зато чуть раньше в сводчатом окне башни, венчающей дом номер 20 на углу улиц, названных в честь двух великих отечественных литераторов, ранний прохожий мог бы заметить необъяснимое золотое свечение.

Архитектор, построивший этот дом, был, по нашему разумению, законченным и безнадежным романтиком. До мозга костей. Только так и можно объяснить, каким образом в центре города, взращенного Волгой, вдруг да и появилось строение с ужимками и замашками средневекового замка.

Если не брать в расчет проступавшие из стен его колонны и контуры арок, то в общем и целом интересующий нас дом, воздвигнутый буквой «Т», напоминал (исчезни окна) крепостную стену, по верху которой бежали самые настоящие зубцы с не менее настоящими бойницами и декоративными башенками по углам замысловатых изгибов стены.

А надо всем этим вздымалась башня со сводчатым окном — тем самым, за которым ранний прохожий и мог бы заметить необъяснимое золотое свечение.

Однако мы знаем, что прохожих в тот час на улицах не было.

Впрочем, и появись хоть один, и будь он самым наблюдательным в мире, превращения, которое случилось с захламленной, загаженной, черт знает чем провонявшей каморкой внутри башни, он не увидел бы. И не увидел бы, говоря между нами, себе же на пользу. В противном случае тут же, на месте, непременно свихнулся бы. Потому что превращение свершилось пониманию неподдающееся.

Из тесной и мерзкой каморка в результате необъяснимого золотого свечения преобразилась в просторную залу со стенами, отделанными мрамором, с судорожно разинутой пастью камина в правом углу от входной двери и потолком настолько высоким, что могло показаться, будто его нет и вовсе.

По заплеванному полу каморки пробежала подозрительная рябь, и сделался пол паркетным, тускло поблескивающим там, где его не устлали ручной работы персидские ковры, сотканные безропотными, как седло, черноглазыми женщинами в давние пыльные времена.

Возникшая в новоявленной зале мебель впервые увидела белый свет тоже отнюдь не вчера. Как и книги в изглаженных столетьями переплетах, парадом замершие на полках дубовых шкафов вдоль одной из стен.

Лишь только каморка обрела свой новый облик, как в распахнутую форточку ворвался порыв остервеневшего ветра, пахнувшего грозой, и посреди залы оказались Дама и Кавалер.

Камин к их прибытию сладострастно пылал и потрескивал, над изогнутыми щупальцами темных подсвечников волновались близорукие огоньки, а откуда-то сверху, где таяли очертания потолка, спускались тихие звуки меланхоличной мелодии. Грустила флейта.

— Это и есть наше с тобой временное прибежище, — придирчивым взглядом хозяйки Дама оглядела убранство залы. — По-моему, здесь неплохо.

Кавалер неопределенно пожал плечами:

— Мне все равно. Лишь бы ты была рядом, — и, осмотревшись, добавил: — Много книг, есть стол, за которым можно продолжить работу. Пламя камина съест любое пространство, каким бы огромным оно ни казалось. Что еще нужно?

Поделиться книгой

Оставить отзыв