Гостева Анастасия Сергеевна — Travel Агнец

Тут можно читать онлайн книгу Гостева Анастасия Сергеевна - Travel Агнец - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Контркультура. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Travel Агнец
Из Серии: Поколение XYZ
Количество страниц: 34
Язык книги: Русский
Издатель: Амфора
Город печати: СПб.
Год печати: 2009
ISBN: 5-94278-115-X
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Travel Агнец краткое содержание

Travel Агнец - описание и краткое содержание, автор Гостева Анастасия Сергеевна, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

Мы живем в век карма-колы и химической благодати, но на Земле еще остались места, где сжиганию кармы в Интернете предпочитают пранаяму. На средневековых христианских картах на месте Индии находился рай. Нынешняя Индия тоже напоминает Эдем, только киберпанковский, распадающийся, как пазл, на тысячи фрагментов. Но где бы вы ни оказались, в Гималаях или в Гоа, две вещи остаются неизменными — индийское небо, до которого можно дотянуться рукой, и близость богов, доступных и реальных, как голливудские кинозвезды.

Travel Агнец - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Travel Агнец - читать книгу онлайн бесплатно, автор Гостева Анастасия Сергеевна

АНАСТАСИЯ ГОСТЕВА

travel агнец

ДОЧЬ САМУРАЯ

— Мне снился сон. Около моего подъезда стоит красный джип. В нем сидит человек, его лицо замотано черной тканью, видно только глаза. Я зачем-то вхожу-выхожу из подъезда, а машина все стоит, и я чувствую, что этот человек за мной наблюдает, и мне становится жутко, внутри все обрывается, я хочу убежать, но не могу пошевелиться. И я во сне как будто вплываю в дом, чтобы позвонить тебе и проверить, дома ты или нет, и я, видимо, во сне набрала твой номер, потому что сейчас я проснулась от твоего голоса в трубке, и оказалось, что я сижу на полу у телефона, с трубкой в руках, но мне нечего тебе сказать. Я не заготовила приветственной речи, и я не знаю, зачем позвонила, вернее, оно позвонило мною, и я…

Это не было ни началом, ни серединой, ни концом, ни началом конца, но, как и любой другой разговор, лишь продолжением диалога, начатого не нами и задолго до нас, в который мы впадаем время от времени, и который актуален лишь постольку, поскольку дает нам шанс измениться… — Есть или говорить — дилемма шизофреника… — Но ясно одно — это было возвращением времени. Однажды наступает День, когда время возвращается. Оно появляется из ниоткуда и начинает творить новую систему координат. — Я знаю, вы взбешены таким началом (а вы все-таки уверены, что это — начало, плевать вы хотели на предупреждения и правила игры), вам нужно, чтобы было попроще, вы уверяете, что живые на таком языке не говорят, что вся эта фигня никому не нужна, — браво! какая потрясающая самонадеянность, с чего вы вообще взяли, просвещенные мои, что вы — живы? — Оно наделяет очертаниями предметы и возвращает утраченный смысл снам — если еще имеет смысл говорить о наличии смысла, ха-ха-ха, ну-ну, не падайте в обморок, еще недолго, каждый имеет тот смысл, который его имеет, а вот попробуйте наоборот, слабо? — и ты, еще не веря в него и ему, сопротивляешься и проверяешь эти, пока что зыбкие, построения на прочность и внезапно ощущаешь упрямую и недоступную тебе силу ворочающейся утробы, властно заполняющей собой пространство и тяжело наползающей на тебя. — Вы оскорблены, огорчены и удручены, вам кажется, что оно наползает на вас, сопливых интеллигентов, оплакивающих смерть литературы на званых посольских вечерах, вы чувствуете, что автор тайком изменил покойнице с философией, этой базарной девкой софистов, и это еще полбеды, но вы подозреваете, что она оказалась ой-ой-ой… — И наступает момент, когда разум растворяется и течет густой сосновой смолой, неспособный спасти тебя и не удерживающий больше мир… — что литература по сравнению с ней — восторженная институтка, боящаяся делать это при свете, вы тоже боитесь света, света осознания, вы хотите метафор, юбок до пят, сложноподчиненных предложений, признаний в любви, штампа в паспорте и ребенка, вам нужны гарантии, что кайф — общий!.. — Мир, по-прежнему состоящий из комнаты, дома, университета, города, гулких арок, телефонных звонков, оторванных мартовских котов, музыки «Dead can dance» — возьми зонт, обещали дождь — тебе его каждый день обещают — посмотри, какая облачность — это у тебя в голове постоянно облачность — что? автор — женщина? тем более, это чревато нетрадиционным сексом и феминизмом, а впрочем, на фиг, на фиг, автор русского текста всегда беспол, он — «четвертое лицо единственного числа», ребенок отменяется, но чистота и девственность жанра… — ворон, обласканных древними индейскими магами, книг, книг, снова книг, шатаний по городу — станьте городским шаманом, слейтесь с мегаполисом — замороженных креветок в пластиковых коробочках, поющих китайских шаров, семинаров по непознанным предметам (какой предмет сдаем?) — Вы понимаете смысл этого преобразования? — Ай-лю-ли, ай-лю-ли — буквы и цифры мне определенно знакомы — «New-Age дизайн. Художественная роспись офисов и клубов формулами из теории вероятности. Феерическое зрелище — бледно-зеленое уравнение Ферми — Дирака на охристом фоне» — нужен на неделю переводчик в Лондоне — лю-у-у-ли лю-у-ли сто-я-а-а-ла… — у Вас абсолютное чувство слова, но это не стихи — «Весна приходит и трава растет сама собой…» — «…и до сих пор еще некоторые товарищи готовят Конец света…»

И возвращается память. — Вы бы предпочли возвращение похмелья как метафизической категории. — Ты вдруг понимаешь, что совершенно отчетливо помнишь вчера, позавчера и то, что было в начале. Но память эта живет и происходит не столько в твоей голове, сколько разлита и распределена по всему телу, честно поделена между сердцем, запястьями, — так не бывает! — животом, коленями, демократично лишая какой-либо из органов ложного превосходства —…Господи, почему все время так хочется есть?!. — и дискредитируя рациональное мышление, это сомнительное завоевание человеческой эволюции. — Ах ты, Боже мой, она еще и в эволюции усомнилась!.. — Память эта не имеет и не желает иметь ничего общего с хронологическим порядком событий, выработанным за предыдущие годы, запротоколированными воспоминаниями родственников — this is unfuckable![1] — которые постоянно путают то, что было с тем, что они однажды вспомнили, фотографиями — обо-знатушки-перепрятушки — из коричневого чемоданчика, с тем самым порядком, который большинство честно принимает за свое прошлое, искренне веря в его единственность и неповторимость и оберегая подаренную им сумму иллюзий в качестве своего жизненного опыта (опыт не трожь, падла, опыт — это святое, а также ропот, топот, шепот, клекот, стрекот и другие рифмы, «редко когда долетающие до середины Днепра»), который однажды покидает некоторых, и тебя в том числе, утягивая за собой пространство и время, чтобы смениться болью и опустошенностью. — Вот это лучше, про боль — это мы понимаем. — Но наступает день, когда все возвращается…

Есть люди, которые ходят на двух ногах, хватают что попало руками и, в принципе, уже освоились с наличием головы. Конечно, у них еще не все идет гладко, возникают отдельные сложности, трудности с координацией движений, ко тысячелетия со Дня творения не прошли для них даром. Они смирились со своим происхождением от обезьяны, они политически корректны, они имеют мнение по любому поводу, с уважением относятся к сексуальным меньшинствам (или их уже большинство?), афро-американцам и монголо-татарам, строго блюдут свою privacy[2] и умеют пользоваться бытовой техникой. Проблемы выбора и свободы воли для них не существует —…что характерно, раньше у всех женщин во влагалище были зубы, острые как у рыбки пираньи… — а существует только широкий выбор проблем —…и мужчины боялись к ним приближаться… — которые они самоотверженно создают и решают на протяжении жизни и —…интересно, их нужно было чистить два раза в день?.. — как правило, не по своей воле. Есть люди, которые тоже ходят на двух ногах, но на четырех им было бы удобнее, сподручнее. — Ах, как это режет слух! неужели она ничего не чувствует? — Она чувствует, это она так развлекается, а вы уже и купились. — И чтобы без рук. Чтобы еда — в миске, спать — помногу, а голова на то и дана, чтобы ею есть. То, что в миске. — С волей у них все обстоит еще печальнее, чем у первых. Если первые иногда чувствуют ее наличие, то у вторых она — рудимент. — Говорят, что каждому дан шанс. Что каждый — сын Божий.

Я готова в это поверить. Но, вероятно, не каждому дано узнать, что шанс — дан. Это такая юридическая тонкость, еле заметный нюанс, но опытный юрист сразу поймет, что к чему. — Я буду исповедоваться только в присутствии моего адвоката. — Есть люди, которые как камни или песок — неорганический мир — воли у них нет совсем. — «Нарушители режима будут съедены!» — И они до сих пор еще люди и вынуждены нести это бремя, даже не нести, а вяло елозить под ним, потому что для перевоплощения в камень или коралл нужно предпринять усилие ее. Воли значит. Но так как воли нет даже на то, чтобы перейти в состояние, в котором ее не бывает по определению, то они по-прежнему люди. — «Некоторые разновидности Ада имеют вид возникших в результате пожара городских развалин и адские духи обретаются в оных, находя в них себе укрытие. В более скромных случаях Ад состоит из заурядных построек, расположением своим напоминающих улицы и переулки…» — И их так много, их становится все больше и больше… — если все окутано пеленой майи, то деление на мужчин и женщин — тоже иллюзия?.. — и кажется, что они размножаются вегетативно, при помощи черенков и отводков…

Поделиться книгой

Оставить отзыв