Айлетт Стив — Надувной доброволец

Тут можно читать онлайн книгу Айлетт Стив - Надувной доброволец - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Контркультура. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Надувной доброволец
Автор: Айлетт Стив
Из Серии: Альтернатива
Количество страниц: 28
Язык книги: Русский
Язык оригинальной книги: Английский
Издатель: АСТ, Компания Адаптек, Астрель
Год печати: 2006
ISBN: 5-17-038621-4
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Надувной доброволец краткое содержание

Надувной доброволец - описание и краткое содержание, автор Айлетт Стив, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

Приветствуем Вас в мире Эдди. В мире непрерывного апокалипсиса. Это мир, где гробонаполнители топятся на тротуарах, где муравьи планируют перерезать и сжечь нас раньше, чем мы сделаем это с ними, где невыгодно иметь слишком тесные отношения с Джоном Сатаной. Все может произойти, и все происходит. Постоянно.В таком мире мэр с кампанией под лозунгом “Деревянные черепа долго не прослужат” вынужден зайти далеко. И Эдди, наш рассказчик, и Минотавр Бебз карабкаются на борт корабля победителей. И тут начинается веселуха…Новый роман культового британского писателя Стива Айлетта, которого не зря называют наследником Уильяма Берроуза. «Надувной доброволец» — это затягивающее и волнующее психоделическое приключение, книга, которую можно проглотить моментально, не отрываясь.

Надувной доброволец - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Надувной доброволец - читать книгу онлайн бесплатно, автор Айлетт Стив

Не было повода не рассказать об этом медиа. Конечно, они не обратили на меня внимания, как и следовало ожидать. На следующий день обильные репортажи про какого-то идиота, свалившегося в котлован — и что в этом такого забавного? Единственный раз, когда я счёл это интересным, это когда мой ублюдочный друг тоже свалился в котлован годы тому назад — я ударил его эдаким азиатским ножом, которым в то время жутко гордился — а когда он упал, я прокричал его имя, дабы обеспечить ему последнее впечатление по эту сторону Стикса. Стояла свирепая зима, и он замёрз там, имитация Уолтера Мэттоу застыла на его лице. Она и была причиной наших разногласий и задержала его идентификацию на долгое время. К тому моменту я уже покинул местность и размечал путь хитрости и силы через высокогорье.

Мой скелет копил и прятал кровь, чтобы шествовать самому по себе после смерти плоти, знаете, как это бывает. Наше первое дыхание в клетках — свежеотпечатанная валюта, горожане без преступлений. Потом обвинения. Затянувшаяся игра в кошаки-заложники с подобранным котёнком, во имя приручения. И неудача. Потом маскировка спадает, как слои с лука, и под ней — ничего. Мозги на время отходят в сторону. Потом уже не на время. Две стороны у каждого довода, и только посмей предложить третью или восемьдесят седьмую. Пока, наконец, события не накопят безумный вес из высохшего честолюбия. Каждый человек — мученик. Пар из его брюха, тем не менее, показывает, что речь идёт о деле. Правосудие? Так объясните сожжённый авангард, рваньё, надломленную печаль.

Можете изгаляться. О, тащите ножи, почему бы нет. Может, пусть добро ложится к добру, а неопрятное поведение цветёт в редких углах, вас так не устраивает? Любовь обременена столькими пронырливыми ублюдками удивительно, что она ещё растёт на песке человечества. Неудачники ломятся в мою дверь, не подозревая, что максимум двое могут войти за раз. Сок разлетается, когда они переступают предел, положенный физикой — сок крови и наивности.

Представьте — человек приходит к парикмахеру. Говорит, что хочет всё срезать напрочь — и я имею в виду всё. Его вышвыривают на улицу. Сделали ли они то, что он просил? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны вернуться назад в пятый век. В то время мой первый прослеживаемый предок был парикмахером по имени Гибби который пытался объявить, что пихнуть гнома сначала одну сторону, а потом в другую — не самая плодоноси, деятельность, особенно если ты тоже гном. История по казала, что его взгляды, как их в то время не высмеивали просочились в мейнетрим. Ударив по рукам, люди надевали латексные копыта на спящих официантов, а потом их будили громкими ударами по котелкам и сковородкам, от которых те вскакивали и снимали копыта, был единственный настоящий вид развлечения в Средние Века. Есть двенадцать объяснений этого феномена, каждое — такое же тягостное, как последнее. И я предлагаю больше на этом не зацикливаться.

Достаточно сказать, никакое количество аплодисментов не могло утаить смерть Гибби.

Так что после фиаско муравьев я поехал не куда-нибудь, а к Резчику. Когда я приехал, Резчик двигал руками в воздухе, словно что-то держит. Он может терять ценное время, пока коровы не вернутся домой. Он ничего не мог сделать, если оно было достаточно важно. Однажды я шёл мимо хижины, а он пел что-то, что я не мог объяснить. Я спросил Резчика, что есть, по его мнению, “смерть”, и он сказал, что это такой суп. Он сумел, как мне кажется, сдвинуть душу, и засунул её целиком в череп, оставив тело свободным делать то, что ему хочется. Неудивительно, что у него на кухне жила скотина и шулера, и дым стоял коромыслом. Люди там скользили на сале. Никто теперь мне не верит, но я видел коротышку в чистом зелёном бархате, который неоднократно прыгал на бабе в слабо освещенном углу. При этом он вопил, как майор, и слова, которые он произносил, были настолько лишены мудрости, что я почувствовал тошноту.

— Ого, Резчик, — приветствовал я его, когда он попытался сфокусировать взгляд. — Я здесь — около гильотины. — У Резчика была миниатюрная гильотина, приготовленная для эльфов.

— Ого, — сказал он, и на этом его речь закончилась. Я повторно хлопнул в ладоши, чтобы привлечь его внимание.

Однажды, когда я пытался серьёзно поговорить с этим человеком, он внезапно завалился назад = в заброшенный колодец, где испытал прозрение нежеланного гравия.

Я ушёл, поклявшись больше так не делать.

Вернулся в город, где ничего не изменилось. Запрыгнув в пустую коляску среди женских воплей, Эдди пытался вернуть свою юность. Но коляска покатилась по улице, подпрыгивая и объясняя ему, что это наказание — в его сознании, вроде он слышал эти слова, вместе с советом насчёт печей и дёгтя, если вообще ему верить. Под тротуаром именно в этот момент канализационный крокодил следовал за ним всю дорогу, для него это была самая захватывающая штука за последние два года, первая с тех пор, как неофициальный комитет запер путешествующего клоуна под водостоком, позднее они никогда не говорили друг с другом на эту тему, хотя порой чувствовали тяжесть вины в области грудной клетки — крокодил, как я уже упоминал, увидел рыдающего клоуна, когда тот пытался взломать решётку водостока, и прочесал к нему с улыбкой целую милю по прямой.

И что из того, что ты уже слышал и эту историю?

Что вы не знаете, так это ужасов в подвале Эдди — и я не говорю про обезьян. Я был там пару недель назад. Цепи звенят, привинченные к полу и стенам. Всё, что нужно — ИРГО (интеллектуальное распознавание графических объектов — прим. ред.) с сильными руками, и люк в полу поднимается, изрытая дым из нижней лаборатории.

— Вот чего здесь не хватает, — сказал Эдди, — настоящего, качественного горбуна за ваши деньги.

— Есть такое дело, — усмехнулся я, и слова принялись отскакивать от поганых стен. — Но зачем платить, если можно неплохо притвориться, что тебе ни фига не надо? — И я от двери повернулся к нему лицом. — Не то чтобы я мог сейчас. — И я потопал наружу, захлопнув за собой тяжёлую, неприступную дверь. Прошло две недели, прежде чем я встретился с Эдди, и к тому моменту он был тонкий, как лезвие, истекающий яростью, кричал про крыс и их сухое внимание.

Надо было видеть, что он там растит. Уши. Глаза. О да, глаза могут расти не хуже всего прочего, братья, — рекорд пока три ярда. Как столбы белого стекла, и такие же бесполезные, если вам интересно моё мнение. Но прихоти текут своим чередом.

Сфотографировал всю лабораторию. Спрятал шпионскую камеру у себя в заднице. Выполз. Хихикают. Умные. Красные пока выигрывают.

Сидел в исповедальне, проявлял плёнку. Услышал голос по ту сторону глазка. Тот хотел информации. Личной. Патологической. Такие вещи я никогда никому не говорю, и себе в них не признаюсь.

— Вот как вы зарабатываете бабки падре? — заметил я, ухмыляясь во тьме. — Такие, как я, так и живут, понимаете, о чём я?

— Сколько раз человек, погрязший в подобных муках, увернётся от автобуса? ^ сказал мрачный голос.

— Хороший вопрос.

Поделиться книгой

Оставить отзыв