Касслер Клайв — Сахара

– О Дирк, Дирк! Я уже не верила, что ты приедешь. Я подумала, что у нас все кончено...

Она замолчала, когда он поцеловал ее, глядя в голубые фарфоровые глаза, наполненные слезами, стекающими по раскрасневшимся щекам.

– Надо было бы, конечно, позвонить тебе, – сказал он. – Но еще два дня назад моя жизнь являла собой сплошную неразбериху.

– Ты прощен, – сказала она весело. – Но как, скажи на милость, ты узнал, что я здесь?

– От твоей матери. Прекрасная женщина и настоящая леди. Она и направила меня сюда. Я взял напрокат карт и ездил по полю взад-вперед, пока не увидел маленькую, бедную заброшенную бродяжку со сломанными косточками, печально смотрящую на воду и наверняка подумывающую, не утопиться ли ей с горя.

– Да ну тебя, – проговорила она счастливым голосом, целуя его.

Осторожно обхватив Еву, он поднял ее:

– Хотелось бы мне посидеть здесь с тобой и посмотреть на прибой, но нам пора. Бог мой, но все эти гипсы сделали тебя тяжеленькой.

– А что за спешка?

– Нам надо собрать твои вещи и успеть на самолет, – ответил он, опуская ее в карт.

– Самолет? Куда самолет?

– Небольшая рыбацкая деревушка на западном побережье Мексики.

– Ты забираешь меня с собой в Мексику? – улыбнулась она сквозь слезы.

– На борт судна, которое я зафрахтовал.

– И мы отправимся в круиз?

– Вроде того, – пояснил он с усмешкой. – Мы поплывем к одному местечку под названием остров Клиппертона и поищем сокровища.

Пока Питт вел карт на парковку у клуба, она болтала без остановки.

– Я думаю, ты самый пронырливый, соблазнительный и хитрый мужчина из всех, кого я знаю... – Она замолчала, когда он остановился рядом с автомобилем странного вида, ярко раскрашенным под цвет фуксии. – Что это? – с изумлением спросила она.

– Автомобиль.

– Это я вижу, но какой модели?

– "Авион-вуазен", подарок от моего старого приятеля, Затеба Казима.

Ничего не понимая, она уставилась на него:

– Ты привез его на корабле из Мали?

– Нет, на транспортном самолете военно-воздушных сил, – небрежно ответил он. – Президент мне много задолжал и не посмел отказать, когда я попросил его помочь.

– А где же ты собираешься оставить его, когда мы улетим?

– Я уговорил твою матушку поставить его в ваш гараж до августовского конкурса в Пеббл-Бич.

Ева растерянно покачала головой:

– Ты неисправим.

Питт бережно обхватил ее лицо ладонями, улыбнулся и сказал:

– Вот потому-то мне так весело и живется.