Величко Алексей Михайлович — История Византийских императоров. От Константина Великого до Анастасия I. Том1

То, что первое издание моей «Истории Византийских императоров» разошлось в довольно короткий срок, несмотря на его очевидные недостатки, стало для меня пусть и косвенной, но лестной оценкой читателями моих трудов. Это также показало, что подобного рода литература является сегодня чрезвычайно востребованной российской публикой. Вообще, нельзя не заметить, что ренессанс византинистики в последние годы — явное свидетельство духовного оздоровления нашего общества. Предложение издательства «Вече», известного тем, что предоставило возможность публиковать свои труды многим замечательным современным русским учёным, дало мне возможность выпустить книгу вторым изданием.

Как и любое сочинение, касающееся изложения более чем тысячелетней истории существования блистательной христианской державы, «История Византийских императоров» допускает возможность восполнения некоторых фактологических лакун и добавления исторического материала из источников, к которым у меня ранее не было доступа. Как заметит внимательный читатель, в результате дополнений пятитомник значительно увеличен в объёме; отдельные же ошибки первого издания, по счастью, устранены. Практически полное отсутствие корректуры и научной редакции при подготовке первого издания (увы, обычная картина для нашего времени) в значительной степени скрадывает впечатление от некоторых (надеюсь на это) достоинств ранее представленного на суд читателя труда. Это обстоятельство тем более требовало их устранения, что и удалось сделать.

Сразу же отмечу, что исправления и дополнения никоим образом не отразились на основных научных положениях, которым я остаюсь верен. Речь идёт об оценке положения Византийских императоров в Церкви и государстве и тех политических институтов, которые постепенно распространились по всем государствам христианской цивилизации и сформировали её портрет. Отдельные критические замечания на этот счёт, ставшие мне известными по публикациям в журналах и в сети Интернет, не показались мне убедительными. Равно как и оценки общего рода о том, что будто бы мои выводы противоречат церковному учению и устоявшейся практике церковнополитических отношений.

Следует сказать, что с подобными замечаниями, не имеющими в действительности никаких исторических оснований, и существующими исключительно благодаря субъективным пристрастиям отдельных читателей и исследователей, сталкивался уже замечательный русский канонист и историк Церкви Н.С. Суворов, чьи суждения я не только разделяю в полной мере, но по возможности и развиваю. Легко допускаю, что моим оппонентам нельзя отказать в чистоте помыслов и мотивов. Однако наука — историческая, политическая, правовая, должны апеллировать к фактам, а не к умозрительным фикциям.

Надо сказать, наши учёные нередко готовы не замечать очевидного, или беззастенчиво играть логикой, чтобы только уйти от самих собой напрашивающихся выводов и суждений. Так у нас появляются «шедевральные» теории о византийском «цезаропапизме» как явлении, будто бы исказившем существо церковного строя и отношения Церкви с государством. К сожалению, в стремлении опорочить самые славные и возвышенные картины своего прошлого мы по-прежнему не имеем себе равных в мире.

В действительности же, зачастую эти опусы представляют собой не что иное, как очевидное проявление идеологии «папизма» — пожалуй, самого страшного врага Православной Церкви, могильщика «симфонии властей». На протяжении веков Церковь успешно боролась с досаждавшими её ересями, но в итоге оказалась расколотой двумя папами — Римским и Константинопольским. Напрасно также полагают, что «папизм» является визитной карточной Римско-католической церкви. На самом деле, восточный «папизм», имеющий и сегодня в России многих сторонников, не менее характерен для Греко-восточной церкви. Об этом довольно много писалось и ранее, и сегодня.

Конечно же, бороться с «папизмом» и с осквернением памяти православных императоров, чьими трудами при соработничестве Святых Отцов и Учителей была создана Кафолическая Церковь и сохранена чистота православного вероучения, является прямой обязанностью каждого честного исследователя. Не уклонился от этой задачи и я, хотя посчитал за лучшее не вступать в заочную дискуссию с оппонентами и утомлять читателя наукообразными формулами, а просто описывать церковную и политическую жизнь так, как она сложилась. Вдумчивый читатель, способный чувствовать эпоху, вполне может прийти к самостоятельно выводам.

В завершении, как обычно, я хотел бы поблагодарить мою жену Наталью Величко за её многолетнее терпение моих писательских трудов, а также всех, кто помогал мне при издании данного сочинения, в первую очередь протоиерея Валентина Асмуса, Наталью Алексеевну Нарочницкую и Алексея Ивановича Леушкина.

Государство, о царственных династиях которого пойдёт речь, представляет собой совершенно беспрецедентное историческое явление. Впервые появившись на карте мира в виде скромного поселения на берегу Тибра, Рим, спустя тысячелетие, предстал перед современниками в виде Вселенской Империи, объемлющей огромные территории от северных берегов туманной Британии до знойного Иерусалима. Римская империя просуществует ещё целое тысячелетие — ни одно другое государство мира не обладало такой жизнеспособностью и живучестью. Воюя почти ежегодно, периодически впадая в жесточайшие кризисы (как внутренние, так и внешние), Римская империя неизменно возрождалась, как птица Феникс из огня, поражая своих многочисленных врагов удивительной жизнеспособностью.

Конечно, это явление не может быть объяснено исключительно материальными причинами. На её институтах и её истории, как детища Христа, явственно, непосредственно и промыслительно чувствуется рука Создателя. В известной степени Византия божественна как плод не человеческих рук, а воли Творца. Именно взращивание Православия составляло главнейшую цель жизни Империи, и именно этим Византия дорога всему православному миру[1].

Но и сама смерть оказалась бессильной перед данным феноменом истории: став некогда матерью всех без исключения европейских держав, колыбелью и центром христианской культуры, даже после своего трагичного падения в 1453 г. Римская империя сохранила вплоть до сегодняшних дней значение мирового очага человечества. Кладовая её духовных сокровищ необъятна и неисчерпаема — вновь и вновь она притягивает к себе многие страждущие взоры.

На примере Византии, как перерожденной во Христе и через Христа языческой Римской империи, Господь явил такой идеал, который был бы способен затмить языческий римский аналог, поражающий своим видом умы современников. Христос дал не только идеал личной веры на примере подвигов первых мучеников, подвижников, святых. Он даровал (самим человеком такой идеал, естественно, не мог быть ни замышлен, ни создан) нам политический (иногда говорят — общественный) идеал, как особый политико-правовой тип государственного устройства, при котором цели и задачи земной Церкви органически становятся альфой и омегой государственной политики. Иными словами, Спаситель указал, при каком государственном устройстве для Церкви формируются наиболее благоприятные условия «ловления человеков» и перерождения ветхого человека в сына Бога.

Практическое воплощение Царства Божьего на земле в лице Империи и есть квинтэссенция византинизма, смысл жизни и существования Византии как первого православного государства. Отсюда, как следствие, генерируются все остальные правовые и социальные конструкции, создающие устойчивый политикоправовой и культурный образ идеального государства.