Поттер Патриция — Ренегат

— Мой муж сражался в армии генерала Ли.

— Сражался?

— Он погиб, — скорбно сказала женщина, и Райс заметил сочувствие в глазах офицера.

— Как его звали, мадам?

— Марк Фэллон. Полковник Фэллон.

— Я наслышан о нем. Это ведь он захватил вражеского генерала, не так ли?

Сюзанна снова кивнула.

— Мне сообщили, что он пропал без вести, поэтому я стала пробираться в Ричмонд, чтобы выяснить правду. Я узнала о его смерти неделю назад. Кроме того, у нас дома несчастье.

— Сейчас везде беда, мадам. Я думаю, вам не стоит путешествовать таким отчаянным способом, особенно с двумя тяжелоранеными, — он оглядел фургон. — Офицеры получили приказ конфисковывать все средства передвижения и лошадей, необходимые армии.

Райс хотел вмешаться, но Сюзанна вела свою партию безупречно. Он с интересом наблюдал, как ее глаза набухают слезами. Райс достаточно хорошо изучил эту женщину, чтобы иметь основания сомневаться в искренности этих чувств. Сюзанна Фэллон при необходимости не чуралась лжи, и это ему нравилось. Очень даже нравилось. Безусловно, она была самой глубокой и противоречивой женщиной из всех, кого он когда-либо встречал.

А впереди их ожидала бесконечная дорога, полная неисчерпаемых возможностей!

— Пожалуйста, мадам, успокойтесь, — утешал ее офицер. — Я напишу документ, освобождающий вас от конфискации. Я надеюсь, он вам пригодится. Но я по-прежнему не думаю…

— Благодарю вас, — признательно прошептала Сюзанна, — но я надеюсь, что мы с майором сумеем побеспокоиться о нашей безопасности.

Офицер посмотрел на мужчину, корчившегося в пыли, И на винтовку в руках женщины.

— Не сомневаюсь. Грабитель, я думаю. Окрестности Ричмонда кишат ими. Вонючие стервятники.

Он запнулся и полез в свою дорожную сумку за листком бумаги. Нацарапав что-то, офицер протянул документ Райсу

— Я прикажу двум моим солдатам сопровождать вас в течение следующих двух часов. Позже они должны будут присоединиться к отряду.

Офицер попрощался с Сюзанной и поскакал нагонять свою часть. Через несколько минут он отдал приказ, и два солдата на лошадях повернули в сторону фургона. Подъехав поближе, один из них отрапортовал:

— Мадам, мы будем сопровождать вас.

Сюзанна посмотрела на раненого бандита.

— А что делать с этим?

— Оставим его здесь. Авось его дружки придут за ним. Мы не можем тратить время на грабителей и дезертиров.

Он обратился к Райсу:

— Сэр, я думаю, можно трогать.

Райс поднял глаза на Сюзанну:

— Кузина, — насмешливо проговорил он, — едем?

Она не только превосходно обращалась с оружием, но и виртуозно лгала.

Женщина кивком дала согласие. Райс натянул вожжи, фургон, подпрыгивая, покатился вперед в сопровождении двух кавалеристов. Райс повернулся к Сюзанне и смерил ее долгим оценивающим взглядом. Он знал ее мягкость и милосердие, он знал ее решительность и твердость, только что он убедился в том, что Сюзанна может быть безжалостной и жестокой.

Она убрала винтовку обратно под скамью и улыбнулась ему слегка смущенно, как будто сомневалась, одобрит ли он ее поступок.

— Я не буду обузой для вас. Я буду помогать защищаться.

— Вы могли бы дать винтовку мне.

— Я не знала, умеете ли вы обращаться с оружием.

Он усмехнулся.

— Правда ли это, миссис Фэллон? А может быть, вы не хотели, чтобы я знал о существовании оружия? — в голосе его не было обиды, только легкое подтрунивание.

Сюзанна поняла, что ее объяснение было нелепым. В конце концов, он воевал и, конечно, умел держать в руках оружие. Она подозревала, что майор владел им превосходно. Сюзанна судорожно придумывала очередную отговорку, но в глубине души понимала, что будет снова легко разоблачена. Она понимала также, что этот разговор нельзя не закончить. Поэтому, напустив на себя простоватый вид, она одарила его наивным взглядом и половиной объяснения:

— Я выросла в Техасе. У нас много бандитов.

— Я тоже с ними сталкивался, — услышала она в ответ.

— А не могли бы вы поведать мне о них и о многом другом? — это было сказано как нельзя более кстати, и Райс в очередной раз убедился, что не следует недооценивать миссис Сюзанну Фэллон.

Он кивнул головой, соглашаясь.

— Кто же вы, майор?

— Реддинг. В самом деле существует майор Реддинг.

— Кто же существует еще?

— Сейчас уже не имеет смысла интересоваться этим, миссис Фэллон.

— И вы не собираетесь рассказывать мне обо всем, не так ли?

Райс повернулся к ней лицом. На нее смотрели такие темные и глубокие глаза, что Сюзанна засомневалась, существует ли на свете живая душа, способная проникнуть в тайну этих глаз. Иногда в глазах этого странного человека появлялся кровожадный блеск, и он становился похож на ястреба, выслеживающего добычу. Эти глаза ни разу еще не выдали своих секретов.

Сюзанну охватила нервная дрожь, но она знала, что это в большей степени трепет ожидания, чем страха, хотя взгляда Реддинга было достаточно, чтобы любой здравомыслящий человек стал относиться к нему с опаской.

— Могу сказать только, что обычно я держу свое слово и не нарушаю условий договора.

— Обычно?

— Я не верю в абсолютные понятия, миссис Фэллон, и не знаю ничего абсолютного. Кроме смерти, может быть.

— И вы никогда не изменяете своему выбору относительных величин?

Вместо ответа он сложил губы в гримасе, которая могла означать все что угодно. Это начинало злить Сюзанну.

— Мы совершенно свободны, — наконец процедил он. — Запомните, никаких абсолютных понятий.

Сюзанна ощутила следующую волну дрожи, на этот раз — ледяную, струящуюся по позвоночнику, и… жар, спирально восходящий из сакрального места вверх по животу. Жар и лед. Два проявления одного и того же. Две стороны монеты.

Женщина поймала на себе тяжелый пристальный взгляд.

— Я лучше посмотрю, как там Вес.

Он изогнул бровь, глаза его сверкнули. Сюзанна уже поняла, что потерпела поражение.

Чего она добилась, расспрашивая его? Боже милосердный! Никто никогда не волновал ее, как он. Сюзанна чувствовала себя нелепой, глупенькой, влюбленной девочкой. Нет, поправила она сама себя, не девочкой. В ее чувстве к нему и в земном томлении плоти не было ничего детского. В этом-то и заключалась проблема.