Билинский Вацлав — Шестая батарея

Тут можно читать онлайн книгу Билинский Вацлав - Шестая батарея - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Военная проза. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Шестая батарея
Количество страниц: 60
Язык книги: Русский
Язык оригинальной книги: Польский
Издатель: Воениздат
Город печати: Москва
Год печати: 1987
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Шестая батарея краткое содержание

Шестая батарея - описание и краткое содержание, автор Билинский Вацлав, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

Повесть показывает острую классовую борьбу в Польше после ее освобождения от фашистских захватчиков. Эта борьба ведется и во вновь создаваемом Войске Польском, куда попадает часть враждебного социализму офицерства. Борьба с реакционным подпольем показана в остросюжетной форме.

Шестая батарея - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Шестая батарея - читать книгу онлайн бесплатно, автор Билинский Вацлав

Вацлав Билиньский

Шестая батарея

Введение

В битком набитом купе полумрак от табачного дыма. Большинство пассажиров — это бойцы, возвращающиеся на фронт из отпусков, запасных полков и госпиталей. Среди людей в военной форме лишь кое-кто в штатской одежде.

На третьей, самой верхней, полке сидит подпоручник Мешковский. Снизу до него долетают обрывки фраз. Один рассказывает об эпизодах из своей фронтовой жизни, другой восхищается какой-то Машей, самой красивой, по его словам, из всех женщин.

Светает. К утру заметно похолодало. На Мешковского наваливается сонливость. Он закутывается в шинель и засыпает. Но сон не приносит облегчения, подпоручник просыпается еще более разбитым.

Поезд замедляет ход и въезжает на какую-то станцию. «Брянск», — слышится чей-то голос.

Из Москвы Мешковскому не удалось сесть в переполненный киевский поезд. Поэтому пришлось ехать через Брянск. Он знает этот город только по военным сводкам: «Крупный промышленный центр и важный железнодорожный узел…»

Выйдя из вагона на перрон, офицер останавливается и с интересом осматривается.

По песчаной насыпи, на которой отчетливо видны следы недавно засыпанных воронок от авиационных бомб и артиллерийских снарядов, проложены новые рельсы. Станции как таковой нет. Ее заменяет временный барак, свежие доски которого еще пахнут смолой. Среди нагромождения искореженных рельсов, поломанных шпал и сожженных вагонов, на том месте, где возвышался когда-то железнодорожный вокзал, — только руины. Позади них, на широком, заросшем буйной растительностью пустыре, торчат закопченные трубы печей и развалины домов. И только эти сверкающие на солнце рельсы нового железнодорожного полотна свидетельствовали, что здесь, в этом хаосе, оставшемся после ожесточенных боев, уже приступили к наведению порядка.

Сошедшие с московского поезда пассажиры направились к станционному бараку. Там Мешковский узнал, что поезд на Киев отправится лишь во второй половине дня, поскольку из-за сильной бомбежки мостов через Днепр на трассе где-то возник затор.

Мешковский поглядел на пассажиров, прочитал висевшие на стенах газеты, и объявления, выпил кружку воды из стоящего в углу бака. Почувствовав голод, решил разыскать продпункт. Какой-то железнодорожник показал ему одиноко стоявший в тупике вагон.

Солнце стояло уже высоко в небе. Щуря глаза от яркого света, Мешковский любовался изумрудно-зеленым цветом растительности. Такой она бывает только ранней весной, когда трава и листья еще не изведали летней жары и зноя. А небо! Его нежная лазурь, контрастируя с легкими белыми облаками, напоминала дорогую эмаль. Возле продпункта толпилась группа бойцов. Офицер на всякий случай расспросил солдат, чем там можно подкрепиться. Ответ был обнадеживающим. Подойдя ближе, Мешковский увидел среди полинявших от солнца и дождей гимнастерок красноармейцев польский мундир. В центре группы стоял молодой высокий и широкоплечий сержант. Из-под лихо сдвинутой набок конфедератки выбивалась пышная шевелюра. Заметив Мешковского, он отдал честь и представился. И сразу же с обеих сторон посыпались вопросы.

Сержант почти год провел в госпитале после тяжелой контузии, полученной в бою под Ленине. Ему надоело торчать в тылу, и он с радостью возвращался в свою часть в Житомир.

— Говорят, что вот-вот начнется новое наступление, — сообщил он офицеру. — Поэтому так и спешу! Ведь теперь начнут освобождать наши земли. Разве в такое время усидишь в госпитале?

До появления Мешковского Брыла — так звали сержанта — рассказывал красноармейцам о Польше.

— Их интересует все, — обратился Брыла к офицеру. — Хорошо, что вы, товарищ подпоручник, подошли, а то одному уже не справиться. — Он улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.

Но Мешковский не успел включиться в разговор, потому что начали выдавать продукты. На это ушло около часа. Приготовить нехитрую солдатскую еду взялся Брыла. Он был старым воякой, имел в этих делах опыт. В 1-й польской пехотной дивизии имени Тадеуша Костюшко служил с момента ее создания, а до этого, с 1941 года, воевал в рядах Красной Армии.

Перекусив, вся группа бойцов расположилась в ожидании поезда на пригорке возле железнодорожного полотна. Лежа на нагретом песке, они наслаждались ярким солнцем, звенящей тишиной весеннего дня. Курили крепкий табак, от которого перехватывало дыхание: им угощал усатый старшина. Кто-то вспомнил бои под Брянском, кто-то — свою девушку. Усач рассказал о замечательных вишнях, которыми славился их колхоз, и вкусных арбузах. Однако черный как смоль грузин перещеголял его рассказами о винограде, персиках и других экзотических плодах далекого Кавказа.

Мошковский лежал на спине, глядя в небо. Нежные лучи солнца и легкое дуновение ветерка действовали усыпляюще. У него уже закрывались глаза, когда Брыла внезапно спросил:

— А вы, товарищ подпоручник, задумывались, какой будет Польша, за которую мы сражаемся?

— Какой? Лучше, чем была… — ответил тот.

Брыла приподнялся на локте и, уставившись на него, продолжал:

— А почему?

Мешковский поборол сонливость.

— Должна стать лучше! Если мир останется таким, каким был, зачем тогда пролито столько крови?

— А те, кто раньше правил? Думаете, просто так отдадут власть?

— Их никто об этом и спрашивать не будет…

Брыла задумчиво пересыпал из руки в руку горсть песка. Выражение лица было сосредоточенным.

— Вы их недооцениваете. От власти они просто так не откажутся…

Часть первая

I

При въезде в Люблин дорога шла в тени старых развесистых лип. За ними невинно и чуть ли не идиллически белели бараки бывшего фашистского лагеря уничтожения — Майданека. В умытом утренним дождем шоссе отражалось небо.

На этом фоне издалека был виден советский контрольно-пропускной пункт: трехцветная арка, огромные плакаты Кукрыниксов с карикатурами на Гитлера, полосатая будка часового и шлагбаум.

Дежурил на КПП старшина, паренек с совсем еще юношеским лицом. Однако бросалась в глаза его военная выправка, характерная для бывалых солдат. Гимнастерка, брюки, сапоги, пилотка с особым шиком сидели на нем.

Старшина был полон энергии, ни минуты не мог находиться в неподвижности. Когда движение на шоссе замирало, он негромко напевал частушки, а его ноги непроизвольно отбивали такт. Он прерывал пение, лишь увидев приближающиеся машины. Останавливал их, проверял документы и уставным жестом разрешал двигаться дальше, отпустив на прощание какую-нибудь шутку.

К нему подошел польский офицер со знаками различия подпоручника. Старшина отдал ему честь и дружелюбно спросил:

— Чем могу помочь союзнику?

Оказалось, что поляк направлялся в Хелм. Старшина даже зачмокал губами от досады: несколько минут назад в ту сторону проследовала колонна автомашин. Увидев огорченное лицо офицера, он широко улыбнулся и начал успокаивать его:

— Да вы не расстраивайтесь! Подождите немного. Скоро наверняка подвернется другая машина, — и добавил: — А закурить не найдется?

Поляк достал портсигар. Угощая, предупредил:

— Немецкие… Слабые…

Старшина взял одну сигарету, внимательно осмотрел ее со всех сторон.

— Ничего, — сказал он и спрятал в карман гимнастерки. Затем вытащил пластмассовую коробочку с табаком и протянул офицеру: — Махорка… Не желаете?

Шоссе было пустынным, движение на какое-то время прекратилось. Поляк и русский уселись на лавочку возле будки часового. Разговорились о житейских и ратных делах. Когда снова показались машины, красноармеец вернулся на середину шоссе.

Офицер остался один. Он был невысокого роста, шатен, с худощавым загорелым лицом. Живые глаза, узкий с небольшой горбинкой нос, тонкие губы, выдающаяся вперед челюсть придавали его лицу мужественный вид. Это впечатление еще больше подчеркивали одежда — полинявшие гимнастерка и брюки, отслужившие свой век кирзовые сапоги, переброшенная через плечо плащ-накидка — и внушительный трофейный парабеллум в черной кобуре.

Поделиться книгой

Оставить отзыв