Михонов Сергей — Ад

— Получилось… — прошептали уста инвалида.

Рука послушно опустилась, и снова поднялась. Глеб проверил хватательные действия. Пальца не только сокращались, но и сжимались. Мгновение спустя он уже лихорадочно шарил в поисках проводов на теле, что закрепили ему для поддержания жизнеобеспечения организма.

— Ага… — наткнулся он на один и нервно выдернул, вырывая катетер. Затем ещё один и…

Все летели на пол, заливая кровать либо лекарством, либо кровью. Становилось тяжело дышать. Дыхание сбивалось. Сердце билось с перебоями. И казалось, вот-вот остановится.

— Скорее бы-ы-ы… — застонал Глеб, силясь сорвать с лица маску, и не призрака, а бинты. Вроде получилось. Он впервые за последнее время уловил нечто более чем тьму. Возможно сумрак, а в нём тень подобно лучику надежды. И забрезжил для него, но слишком поздно.

Он прозрел на один глаз в тот момент, когда в палату ворвалась сиделка и как две капли воды была похожа на ту, кто так волновал всё это время его, не давая ему покоя.

— Люба… Ой, люба… девка-А-А…

— Глеб! — сорвалась она на крик.

Позади неё возникла иная фигура — дежурного врача. Тот что-то заговорил, даже закричал, но пациент уже не слышал, он больше не находился в их власти — отключился от аппаратов.

Последнее, что подкинуло подсознание Глебу: что же я натворил…

И умер во второй раз здесь на грешной земле, а может быть и в третий, если учесть…

Проведя рукой по волосам в виду отсутствия головного убора, врач простился с ним таким незатейливым образом, констатируя:

— Мы потеряли его…

— Нет! — бросилась Люба к Глебу, стараясь сделать искусственное дыхание рот в рот, попутно производила массаж сердца, давя на грудь руками с силой. — Помогите! Кто-нибудь… Сделайте же что-нибудь! Люди-и-и…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…