Сенчин Роман Валерьевич — Феофаныч

Я остановился возле картины, на которой были изображены мужики, режущие огромную розовую свинью. Мне вспомнились подобные сюжеты, виденные в минусинской галерее. Только здесь мужики были темнее, а вместо беломорин в зубах у них были сигары… Вот другая картина: танцующие человечки очень похожи на человечков с перетирок сибирских писаниц… На следующей изображён старик в перьях: то ли индейский вождь, то ли тувинский шаман.

Рядом с картинами сидел огромный негр, похожий не на автора этих полотен, а на охранника. Поэтому я не очень уверенно показал ему большой палец и сказал скорее себе, чем ему: «Отлично!»

«Да? Спасибо!» — неожиданно на хорошем русском ответил негр и заулыбался. Я обрадовался его знанию русского, сообщил: «У нас минусинские художники похоже рисуют». — «Минусинск! — кубинец закивал. — Сибирь! Бондин! Капеля!»

Услышав эти фамилии, прозвучавшие в другом полушарии, я остолбенел. А потом почувствовал нечто очень похожее на счастье. Словно неожиданно получил долго блуждавшую по миру весточку от дорогих людей.