Амфитеатров Александр Валентинович — Ноэль

— Я твой мужъ.

Алиса потребовала доказательствъ. Нищій вынулъ изъ мѣшка іерихонскую розу.

— Вотъ свидѣтельство, что я справедливо называю себя твоимъ мужемъ: эта сухая роза зацвѣтетъ, когда я брошу ее въ фонтанъ…

Такъ и сталось. Алиса, скрѣпя сердце, уже хотѣла подчиниться своей горькой участи — быть женою урода, но въ дѣло вмѣшался мѣстный пустынникъ.

Онъ сказалъ:

— Чудеса творитъ Богъ, но подобія чудесъ можетъ творить и дьяволъ. Не угодно ли будетъ вамъ повторить свой опытъ съ розою въ святой водѣ?

Пилигримъ замялся, а пустынникъ продолжалъ:

— Ты колдунъ и мошенникъ. Ты оживилъ свою розу силою бѣсовскою. А вотъ моя роза — дѣйствительно, іерихонская; ее подарилъ мнѣ самъ Петръ — Пустынникъ… Если я лгу, пусть останется она навсегда сухою!

Но, въ то же мгновеніе, роза, освященная рукою того, кто велъ первыхъ крестоносцевъ въ бой за гробъ Господень, расцвѣла пышнымъ цвѣтомъ, а роза колдуна завяла и сморщилась. Обманщикъ бѣжалъ, преслѣдуемый свистомъ и каменьями замковой челяди. Алиса поблагодарила пустынника и благополучно вышла замужъ за своего возлюбленнаго рыцаря.

Дѣти думаютъ, что «Ноэль» — добрый старичекъ, который бродитъ въ рождественскую ночь по домамъ, разсыпая людямъ свои подарки. Представленіе о сочельникѣ, какъ о добромъ маломъ, духѣ — благодѣтелѣ (Воnhоmmе Noel), явилось въ XIII вѣкѣ. Уличные акробаты того времени бродили по домамъ съ колядкою:

Колядки эти впослѣдствіи разрослись въ длинныя представленія. подобіе которыхъ знаетъ и малороссійская старина — съ «вертепомъ», т. е. театромъ маріонетокъ, изображавшихъ происшествія рождественской ночи, съ примѣсью вводныхъ лицъ и современныхъ намековъ. Вотъ — одна изъ оригинальныхъ провансальскихъ колядокъ [1]:

1901