Булычев Кир — Хоть потоп !

- Ну вот, - сказал он, протягивая вперед руки и держа пепел бережно, словно птенца. - Вы же видите!

- Может, что-нибудь осталось? - сказала Лера.

- Осталось! Температура восемьсот градусов! Осталось... Ничего не осталось. И не могло остаться. Вы вот не знаете, а я почти восемь минут был на том свете. Меня реаниматоры зачем-то вытащили, до сих пор гордятся, а скрывают, берегут мои нервы. Мне санитарка рассказала. Что же, вы полагаете, восьми минут было мало, чтобы принять сигнал?

- Так вы знали?

Лера открыла сумочку. Куда же она сунула валидол? Ведь специально клала валидол...

- Иначе бы не просил вас со мной поехать. Обошелся бы. Знал и трясся.

- Успокойтесь, - сказала Лера. Вот он, этот проклятый валидол.

Теперь надо заставить его принять таблетку. - Мы все восстановим.

- Восстановим, восстановим... Разве в этом суть? Чем, вы думаете, я занимался последние две недели в больнице?

Он метнулся к своей сумке, рванул "молнию" так, что она чуть не вылетела из швов, пепел кружил по всей комнате, словно после большого пожара. Лера сказала, протягивая ему таблетку:

- Вот валидол, обязательно надо...

- Спасибо, - сказал он, роясь в сумке, повернул к ней голову, приоткрыл рот, чтобы она положила туда таблетку. - Вот!

В его руке трепетала пачка исписанных листков.

- Разумеется, многое можно восстановить. И восстановлено.

- Вы не грызите таблетку, пускай лежит под языком.

- Не учите. Я же сердечник.

- Я буду вам помогать, если надо...

- Нет, она ни черта не поняла! - Суслин смотрел на Леру с искренним изумлением. - Ни черта!

- Успокойтесь, Сергей Семенович...

- Ведь установка сработала! Понимаете, сработала. Она приняла волны за пять километров! Вы представляете, какая физиономия будет у вашего любимого Траубе, когда он узнает, что я принимаю за пять километров!