Рубина Дина Ильинична — Старые повести о любви (сборник)

Тут можно читать онлайн книгу Рубина Дина Ильинична - Старые повести о любви (сборник) - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Проза прочее. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Старые повести о любви (сборник)
Количество страниц: 7
Язык книги: Русский
Издатель: Эксмо
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Старые повести о любви (сборник) краткое содержание

Старые повести о любви (сборник) - описание и краткое содержание, автор Рубина Дина Ильинична, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

Старые повести о любви (сборник) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Старые повести о любви (сборник) - читать книгу онлайн бесплатно, автор Рубина Дина Ильинична

– Кто переменится? – взвилась мать. – Ты что несешь, борзописец?! Когда это История менялась?

– Когда угодно… – ласково и дружелюбно ответил сын. – Ладно, маман, не надо бить копытами.

– Ну и дуб ты, Илья, – воскликнула мать.

– Валя! – бабка всплеснула руками от негодования. – Ну, петухи!

– Ничего, бабаня, голубок ты мой, дуб – это ценная порода древесины! – Илья лениво поднялся, ушел в переднюю и вернулся со свертком.

– Я принес вам три привета. Слышишь, мать? От твоего мужа, моего отца и бабаниного зятя.

– Как он выглядит? – Заволновалась бабка. – Худой?

– Как обычно. – Илья развернул сверток. – Вот, принес.

– Ай, Семен, Семен! – бабаня разулыбалась, прослезилась от удовольствия. – Красивый свитер, дорогой, а? Надень, Илюша, – не мал?

Мать закурила, сунула зачем-то коробок спичек в карман халата и вышла из кухни.

– Балует, – громко сказала она в комнате вроде бы самой себе.

Бабка топталась вокруг здоровенного внука, оглаживая новую вещь на нем, красивую, дорогую, отец подарил:

– Раздался, раздался…

– Раздался… – сказала мать в комнате, – скоро вышибет дно и выйдет вон.

– Илюша, – бабка понизила голос, чтоб дочь не слышала. – А сам-то он, Семен, как?

– Ну, я же сказал, баб, нормально!

– Мосты он сделал себе? Собирался…

– Бабань, знаешь, я уже лет с пятнадцати никому в рот не заглядываю.

– Напрасно, – ехидно вставила мать, – может, ума бы у кого набрался.

Илья подошел к ней, обнял прямые худые плечи.

– Мать, – нежно протянул он, – давай, наконец, дружить. Махни ты на меня чем-нибудь, допускай все до…

– До лифчика, знаю… – перебила мать и вздохнула: – Удивительно, как мы воспитали такую свинью.

Стирали вдвоем молча и споро. Илья выжимал белье – в машине отжим уже лет семь не работал – и развешивал его на балконе.

– Сегодня, глядишь, без приключений обойдется, – обронила ненароком бабаня и сглазила. Минут через пять грохот оборвался, стало слышно стрекотанье маленького будильника в столовой и на лестничной клетке всплеснулись голоса соседских мальчишек.

– Заткнулась, проклятая! – бабаня в сердцах махнула мокрой, в мыльной пене, рукой. – Давай, Илюша!

Илья вытер руки нестиранной еще материнской юбкой и полез в мотор.

– Когда это кончится, – забубнил он, – ее на свалку пора, эту старую идиотку… Если даже человек выживает под старость из ума…

– Почему ты кивнул в мою сторону? – насторожилась бабаня.

– «Ура»… Она скоро салютовать начнет. Ее бы на парад…

– Не болтай! – откликнулась из комнаты мать. Илья усмехнулся, подмигнул бабке и продолжал уже громче:

– Кроме всего, в машине есть нечто крамольное. Что такое «ура» без восклицательного знака? Это едкая ирония.

Бабка сердито ущипнула внука за руку, мол, не заводись, не связывайся. В дверях ванной показалась мать.

– Кстати, – спокойно сказала она, – что за новая дребедень на твоем захламленном горизонте? В редакции. С писклявым голосом.

Илья неторопливо выжал бабкину кофту, сказал с грузинским акцентом:

– Зачем человека обижаешь, дарагой? Практиканточка это, студенточка, Леночка. Невинное дитя… А ты на него такие – вах! – слова говоришь!

– Ну, дожил, – горько сказала мать. – И невинное дитя с тобой на «ты».

– Валя, а что по телевизору? – поспешно заинтересовалась бабка.

– Ладно, мать, я буду надувать щеки. – Илья миролюбиво стряхнул пепел с рукава материнского халата. – Как отец русской демократии…

* * *

Вечером позвонил Егор. Илья лежал на тахте и смотрел по телевизору «Очевидное – невероятное». Егора, университетского друга Ильи, недавно назначили завотделом культуры в большой республиканской газете, и он настойчиво уговаривал друга перейти к нему.

– Илья, – пропыхтел Егор (с недавнего времени он завел трубку), – ну, как она?

– А, эта баба мне порядком надоела.

– Какая баба? – спросила из кухни бабаня.

– Жизнь, бабаня, жизнь… – отозвался внук. – Яблочко кинь.

– Что нового?

– Могу посоветовать что делать, чтоб хлеб не черствел.

– Вот и я о том же, – оживился Егор. – Слушай, от нас Еремеев ушел. Пойдешь на его место? У нас хорошие ребята подобрались, такие дела можно завернуть.

– Ты все горишь… молодец, Гошка! А я уже лет пять только анекдоты травлю.

– Я смотрю, тебе уютно овощи солить.

– Да, мне нравится лудить и паять кастрюли. Я приношу прямую пользу домашним хозяйкам.

– Ты непробиваем! В последний раз: пойдешь вместо Еремеева?

– Нет, Гошка.

– Ну почему?! Сколько ты, в конце концов, на своих соленых огурцах имеешь?

– Чудак ты… При чем тут имеешь – не имеешь. Мне хватает. И потом, сколько у вас положат? На десятку больше? А ты знаешь, что язва желудка, между прочим, на нервной почве заводится?

– У тебя заведется! – буркнула мать, не поднимая головы от тетрадки.

– Играйте, мальчики, в серьезную журналистику. Я ж вам не мешаю.

– Хозяин – барин. – По голосу чувствовалось, что Егор искренне огорчился. – Что-то я хотел тебе сказать… забыл… У Матвея зуб прорезался.

– Вот это дело!

– Что-то все-таки я хотел тебе… Да! Слушай, знаешь, кого я встретил?

– Ну?

– Угадай!

– Ну!

– Не поверишь – Наташу!

– Какую Наташу?

– Здравствуйте! – в сердцах воскликнул Егор. – Ты в своем репертуаре.

– А, ну-ну… – хмыкнул Илья.

– Видел, высотный дом на углу Кировской и Новомосковской строился для научных работников? Его сдали досрочно, мы материал о бригаде делали. Так вот, Наташа там квартиру получила. В подъезде столкнулись.

– Планировка удачная?

– Ты бы хоть спросил: как она!

– Ну, как она?

– Илька, я обалдел! Сказка Шехерезады. Глазищи, ноги, талия – черт знает, что такое! Магическое перевоплощение! Постой, я сигарету возьму, эта проклятая штука все время гаснет.

Илья положил телефонную трубку на грудь, зевнул и вытянул ноги. Из кухни вышла бабка, накрыла внука пледом, положила рядом два яблока. Илья поймал ее пухлую морщинистую руку со свекольными от готовки борща пальцами и поцеловал.

– Бабань, ты меня любишь? – сиротливым шепотом спросил он. – Ведь правда, я тебе небезразличен, бабаня?

Бабка растрогалась, поцеловала внука в голову. – Ба, а правда, я – видный мужчина?

– Ты или говори, или трубку повесь! – прикрикнула мать. Она уже написала планы на понедельник и сейчас сидела в кресле, читала газеты и выписывала основные события – после уроков она проводила политинформацию в своем десятом выпускном.

– Алло, – Илья жевал яблоко, – очевидное-невероятное: талия, ноги, грудь – дальше?

– Тьфу! – сказала мать.

– Да? Ты бы сам видел ее, – отозвался Егор. – Замужем, двое пацанов, кажется, но главное – главное, диссертацию по статистике защитила, ведущий специалист какого-то института, она говорила какого, я тут же забыл.

– Молоток баба… – похвалил Илья. – В ней всегда эта жилка билась – целеустремиться в конец железнодорожного полотна.

– Но похорошела – фантастика!

– Ты не захлебнись, Егор! – хмыкнул Илья. – Что, Ира у тещи?

– Змей, если б я знал, что ты так равнодушен, я бы отбил ее у тебя десять лет назад. Она ж мне нравилась, знаешь?

– Ну, ты всегда был задним умом крепок. Вообще, заскочил бы когда-нибудь.

– Зови, зови, – негромко подсказала бабаня. – Я «наполеона» испеку…

– Вот, бабаня обещает ради тебя полководца сварганить, – сказал Илья. – Приходи. С Ирой, с мальчишками, Ну, будь…

Он положил трубку, неторопливо, не отрывая взгляд от экрана, взял второе яблоко, надкусил.

– Что Гоша говорит? – спросила мать. Илья помолчал, прожевывая кусок.

– У Матвейки зуб прорезался, – наконец сказал он.

* * *

На воскресенье была запланирована Ляля. И пустая квартира. Вернее, Ляля в пустой квартире, которая принадлежала приятелю двоюродного брата жены Егора. Приятель время от времени уезжал в длительные командировки, парнем был холостым, свойским и непринужденным, и просил только, чтобы после себя не оставляли грязной посуды, пустых бутылок и разверзтой постели.

Поделиться книгой

Оставить отзыв