Думбадзе Нодар Владимирович — Птичка

Думбадзе Нодар

Птичка

Нодар Владимирович ДУМБАДЗЕ

ПТИЧКА

Рассказ

Перевод З. Ахвледиани

Бедиа Чиквани чуть свет разбудил птичий голос. Птичка не пела, она то ли звала кого-то, то ли делилась с кем-то новостью.

- Золотой клюв, меду и сахарку тебе! - приветствовал Бедиа пташку, распахивая настежь окно. Потом стал по голосу искать птичку и увидел ее. На ветке росшего у ворот граба прыгала и щебетала черноголовка. Нет, не щебетала, а явно звала кого-то или делилась с кем-то новостью. Кого? С кем? Бедиа окинул внимательным взором все деревья во дворе, все колья в плетне, но вторую птичку так и не нашел. А черноголовка продолжала прыгать на ветке и без умолку лепетала что-то на своем птичьем языке.

- Что, черноголовка, с какими вестями пожаловала? - улыбнулся Бедиа, провожая взглядом перелетевшую с граба на гранатовое дерево птичку.

- Квист, квист, чирик, чирик, квист, чирик... - ответила птичка.

- Много я понимаю в твоих "квист-чириках"... Но золотого клюва я тебе все же желаю, - проговорил Бедиа и стал одеваться.

- Чр-р-р... Чирик, чирик, чик! - Черноголовка перелетела на орех.

- Да будет тебе! Понял я все - рассвело, солнце встало, день выдался погожий, и я должен встать и заняться делом... Так я и делаю. Что еще? Говори уж человеческим языком!

- Чирик, чирик, чик!

- А ну тебя с твоим чириканьем! - Бедиа взмахнул рукой. Птичка переменила место - уселась на кол, склонила голову набок, искоса взглянула на Бедиа и еще раз чирикнула:

- Чик-чирик!

Бедиа удивленно огляделся - "с кем это она тараторит?". Кругом не было ни одной птички, - "рехнулась пташка!".

Бедиа не спеша спустился во двор, подошел к кукурузному амбару, поднялся по приставленной лестнице, взял три желтых початка и, не сходя с лестницы, стал кормить кур и индюшек, со всех сторон сбежавшихся к амбару.

- Квист, квист, чик-чирик! - напомнила о себе черноголовка.

- Золотой клюв, золотой клюв, чего еще тебе? Есть хочется? Пожалуйста, угощайся, если не боишься подавиться.

Птичка приняла приглашение. Она без зазрения совести присоединилась к курам и индюшкам и клюнула зерно, но, не сладив с ним, тут же бросила его.

- А что я тебе говорил? - усмехнулся Бедиа. Он спустился с лестницы, вошел в кухню, достал из ларя сито, тряхнул несколько раз, собрал отруби и вернулся на двор - покормить черноголовку, но птички уже не было.

В полдень пришел почтальон Геронтий Цанава.

- Магарыч с тебя, уважаемый Бедиа! Телеграмма из Тбилиси, от сына!

- Что ему понадобилось?

- Прочти сам, тут все написано.

Бедиа взял из рук почтальона телеграмму, надел очки и громко прочел:

"Гульрипши Буденного восемь Бедна Чиквани тчк

Срочно вышли пятьсот рублей тчк Здоров тчк

целую твой Гванджи".

- Как ты сказал? Магарыч? Да тебя во двор не следовало впускать, да что поделаешь - профессия у тебя такая! - Бедиа небрежно надел телеграмму на торчавший в стене гвоздь и направился в кухню за вином. Геронтий Цанава присел на стульчик и в ожидании угощения с удовольствием провел рукой по усам.

Бедиа появился с початым кувшином "изабеллы" в руке, налил только Геронтию.

- Видать, отличное у тебя вино, уважаемый Бедиа, коли так бережешь его... - произнес с нескрываемой иронией Геронтий и встал, готовясь произнести тост.

- Ну и язык же у тебя, Геронтий Цанава! Ты сперва попробуй вино, а потом изливай свой яд! А может, такого вина нет во всей округе, а? - И чтобы придать своим словам больше убедительности, Бедиа налил себе.

- Что ж, выпьем, коли так... Дай бог этому дому всего доброго и хорошего, обилия продуктов и здоровья, а остальным вы лично наделены богато, уважаемый Бедиа, побольше бы таких, как вы, добрых людей на побережье Черного моря, и вечная память вашей дорогой супруге, уважаемой Эсме, которая, так сказать, не дожила до счастья своего сына, но вы для вашего дома и отец и мать, за здоровье надежды этого дома, нашего маленького Гванджи! - выпалил одним духом Геронтий и опрокинул в рот стакан.

- Спасибо! - поблагодарил Бедиа.

Геронтий выждал, пока выпитое вино добралось до желудка, потом воздел к небу руки и глаза.

- Стыд и срам тебе, Бедиа Чиквани!.. Боже мой, пошло насмарку мое месячное лечение в Карловых Варах!..

- Ты что, белены объелся, Геронтий Цанава? - насторожился Бедиа.

- Друг я тебе или враг, Бедиа Чиквани? Насилу удалось сбить сахар до нормы, а ты напоил меня настоянной на сахаре гадостью! Что мне теперь делать?!

- За такую телеграмму тебя следовало стрихнином напоить!

- Если это пойло ты считаешь лучше стрихнина, то заблуждаешься, Бедиа Чиквани! - проговорил Геронтий и сам налил себе второй стакан.

- Чирик-чирик, квист, чирик, чик-чик! - встрепенулась вдруг в плетне черноголовка.

- Получил, получил добрую весть, радуйся! Пришли, говорит, пятьсот рублей... Копейка в копейку... Об этом ты чирикала все утро, да? Фу, чтоб тебя!..

- С кем ты разговариваешь, Бедиа? - удивился Геронтий.

- Да с птичкой! Как заладила с утра - "чирик" да "чирик". Вот и начирикала пятьсот целковых! - Бедиа в сердцах замахнулся на птичку. Та вспорхнула, перелетела на ель.

- Чирик, чирик, чик!

- Я тебе дам "чик-чик"! Пошла к черту? - рассердился Бедиа.

- Да ты, вижу, понимаешь птичий язык! О чем это она? - рассмеялся Геронтий.

- Спроси сам - узнаешь!

- Чего тебе, птичка? - спросил Геронтий.

- Чирик, чик! - ответила черноголовка.

- Не может быть! - удивился Геронтий и налил себе третий стакан.

- А ну, катитесь отсюда оба, пока целы! - Бедна нагнулся за камнем. Птичка улетела.

- Брось камень, Бедиа Чиквани! Я не птичка, летать не горазд, а идти иду, видишь? - Геронтий осушил третий стакан и направился к воротам.

- С такой телеграммой на лучшее вино не рассчитывай, Геронтий дорогой, так что впредь не утруждай себя, позвони прямо с почты и передай содержание. Понятно? - крикнул вдогонку Бедиа.

- Понятно! - сказал Геронтий и, затянув "Кучхи бедниери", покинул двор.

Еще час Бедиа бесцельно бродил по двору, а потом пошел к соседям Гогелия - занять денег.

- Просто удивительно, уважаемая Аграфена! С самого утра птичка не дала покоя! А в полдень Геронтий Цанава принес телеграмму - денег просит мой наследник!.. Пишет, что здоров, но я ума не приложу - зачем ему понадобилось пятьсот рублей! Месяц тому назад послал ему столько же... информировал соседку Бедиа в виде вступления.

- Не про вашего будь сказано, уважаемый Бедиа, но... Нынешняя молодежь... Ни на шаг, ни на шаг нельзя ей доверять!.. Стоит на минуту отвести глаза, и - пожалуйста, тут тебе и морфий, и черт его знает какая еще там гадость.

- Господь с вами, уважаемая Аграфена, что вы такое говорите! испугался Бедиа.

- Так оно и есть, уважаемый Бедиа... Вот, пожалуйста, сыночек Палладия Когоскуа... Привел жену, - прости господи, - ну впрямь девка из борделя... Того и гляди, уши свекрови и свекру солью набьет!

- Убей меня бог! Рехнулся парень, что ли?

- Видать, рехнулся...

- Вот несчастье-то какое!

- Поэтому вам и надо быть осторожным, уважаемый Бедиа... И не очень-то вашего там... того... тем самым... Да! - предупредила Аграфена соседа. Под "того... тем самым" явно подразумевались деньги, - произнося эти слова, она недвусмысленно провела большим пальцем по указательному...

От соседки Бедиа вернулся смущенный и испуганный. Только он открыл калитку - черноголовка, сидевшая на прибитом к столбику балкона крюке, перепорхнула на ветку черешни и чирикнула:

- Чирик, квист, чик-чик!

- Да говори уж, в чем дело, какая еще беда на мою голову! Душу вымотала, черт тебя возьми! - крикнул Бедиа.

- Чик-чик, чирик!

Бедиа глазом поискал камень, и когда птичка отвернулась, он быстро нагнулся, взял камень и положил себе в карман.