Викторова Евгения Андреевна — Менестрель

Заперев дверь за компаньонами, я помчался к окну в ожидании момента, когда они подойдут к люку. Последний, кстати, даже травой не зарос, будто через него кто-то регулярно пробирается под землю. Да и промежуток между крышкой и самим люком не был засыпан землей. Странно это все...

Принц с Лисом вскоре показались из-за угла. Быстрым шагом они приблизились к люку и... встали, недоуменно почесывая маковки. Хоть люк и регулярно открывали, судя по всему, голыми руками его крышку все равно поднять было нельзя. По-хорошему, нужно было бы поддеть ее ломом, но его не было. Тихо ругаясь, Лис начал рыскать вокруг в поисках хоть чего-нибудь, подходящего на эту роль. И, как сказал Морев, Госпожа Фортуна повернулась к бедным деятелям искусства лицом -- под деревом, возле забора, валялась достаточно прочная палка. Поддев ею крышку, они спустились во тьму канализации. Я же, убедившись в успехе этой части их миссии, отошел от окна и отправился спать.

По крайней мере, я на это надеялся. Около часа я вертелся в кровати, подобно юле, не в силах отогнать мысли о том, что эти двое могут не вернуться. В конце концов, недовольно вздохнув, я поднялся с кровати. Голова все еще безумно болела, да в целом организм был против этого действия, но спокойно лежать я тоже не мог. Пошарившись в сумке, я достал оттуда баночку с обезболивающим. Лечить не вылечит, но хоть жить легче будет. Взяв с подноса уже ледяной чай, который принесла нам Тамина после выступления, я положил в рот горькую пилюлю и запил все это столь же горьким чаем. Даже не уверен, подействовало ли обезболивающее, или же невыносимая горечь унесла с собой головную боль. Для пущего эффекта и чтобы заглушить вкус, я отпил из ставшей уже знаменитой в нашей компании фляжки. Я уже прятал ее в сумку, когда за дверью послышались мужские голоса:

-- Думаешь это действительно пропавший принц?

-- Скорее всего, -- холодно ответили первому голосу.

-- А что, если уведомитель ошибся? Ну, знаешь, как это бывает, обознался и все...

-- Нет, уж в ком я уверен, так это в уведомителе. До сих пор он ни разу не подвел нас.

Голоса замолкли, зато отчетливо можно было услышать копошение отмычки в замке. Двое. С двумя я вряд ли справлюсь. Да и нужно ли? Стоит сначала сообщить принцу и не заниматься самоуправством. Кивнув самому себе, под тихую ругань неизвестных я бесшумно отступил к окну. Под звук сломавшейся отмычки я встал на подоконник. Прыгать не хотелось -- это создало бы подозрительный шум. Однако, на мое счастье, делать этого и не нужно было -- снаружи здание на уровне пола второго этажа опоясывала деревянная конструкция, достаточно широкая, чтобы на нее можно было встать, плотно прижавшись к стене. Этот фокус я и решил провернуть. Перемахнув на ту сторону, я уцепился руками за подоконник. Замок начал проворачиваться. Я уверенно нащупал ногой ту самую конструкцию. Открылась дверь. Затаив дыхание, я прижался к стене за углом -- меня не видать, и при этом я отлично все слышу. Возможно, подобным образом поступал и их неизвестный уведомитель. Они вошли в комнату. Спокойно, не врываясь, словно к себе домой.

-- Никого нет, -- констатировал первый голос очевидный факт.

-- Не удивительно, они же ночные существа. С другой стороны, бодрствовать круглые сутки... Странно.

-- Может он того, через окошко сбежал, когда нас услышал? -- похоже, этот тип не так уж глуп.

-- Возможно, -- голос раздался совсем рядом. Похоже он высунулся в окно. -- Люк открыт... Может, там? -- ищите! В канализации, сопряженной с гномским городом только искать кого-то! -- Хотя, их же трое здоровых парней. С чего им нас пугаться? Дали по башке чем тяжелым -- и дело с концом. Что-то здесь неладное. Они как будто знали, что мы придем. Записочку им чиркануть, что ли? -- усмехнулся второй голос.

-- Может, еще подождать пока они вернутся? -- проворчал первый.

-- Согласен. Надо выловить их сразу после концерта. Чтоб не успели уйти.

-- Они еще один давать будут? -- удивленно выдал первый.

-- Скорее всего. Жить же на что-то надо... -- стихал голос.

Дверь захлопнулась. Постояв на конструкции еще с пару минут, я полез обратно в комнату. На полу -- следы пыльной обуви, дверь не заперта. Хоть обломки отмычек забрали, и на том спасибо! Я выглянул в щель, чтобы убедиться -- странные гости точно ушли, по крайней мере с этого этажа. Закрыв дверь, я окинул комнату взглядом еще раз. Все на месте, даже немного странно. Ладно, раз вещи в порядке, значит их интересовал только принц. И к чему было это "чиркануть записочку"? С угрозой? С обличением? С деловым предложением? Последний вариант мне нравился больше, но мозг тяготел к обличительной записке. Знаете, что вроде: "Мы знаем, кто ты. Если не хочешь, чтобы об этом узнал кто-то еще, сделай то-то". На улице раздались те же самые голоса. Я мгновенно прильнул к стене возле окна. Возле люка стояло две личности в темных плащах, примерно одного роста. Эльфы? Люди? Неясно. Они немного помедлили и начали спускаться в люк. Всерьез решили искать там принца? Безумцы!

По записям из дневника принца Морева

Это была самая кошмарная часть пути. Еще на середине лестницы, ведущей в эту... клоаку, у меня появилось устойчивое желание подняться и вернуться в комнату. Да хотя бы просто выбраться на свежий воздух! Однако отступать нельзя, так что с Лисом мы бодро спустились вниз, стараясь не свалиться в реку отходов. Вручив Лису пару химических фонарей и спустив на нос часть бинтов с повязки, чтобы хоть как-то облегчить свою участь, я двинулся вперед по каменному туннелю, испещрённому многочисленными трубами. Первая же развилка показалась уже минут через пять.

-- Так, стоять, -- я отвел руку назад, останавливая Лиса, который видел здесь значительно хуже. -- Подержи, -- вручил я ему фонарь и вынул из-за пояса план. -- Хм, мы где-то здесь...

-- Где-то здесь? Где-то?! Ты серьезно?

-- Этот план старый, Лис! Смирись уже с тем, что здесь нет половины туннелей, которые построили за последний десяток лет! -- я оглядел оба туннеля. -- Идем сюда.

-- Э...

-- Он соединяется со старыми ответвлениями, -- пояснил я. -- Видишь, там дальше уже образовались наросты. Да и камень темнее... Не смотри так на меня!

Забрав из рук Лиса фонарь, я двинулся дальше. Через некоторое время даже Лис заметил, насколько время не пощадило эти стены. Местами пошли трещины, местами образовались сталактиты и сталагмиты, которые по мере продвижения увеличивались в размерах, кое-где изрядные площади занимали плесень и прочие грибы.

-- Как-то здесь... пусто, что ли, -- прошептал Лис, нервно оглядывая пространство.

-- Грибочков тебе мало? -- усмехнулся я. -- Однако в чем-то ты прав. Даже жуков нет. А они даже в подвале дворца есть, что уж говорить о канализации. Да и крыс не видно...

-- Может, отлавливают?

-- Всех не переловишь, -- мы остановились на очередном перекрестке. -- Да и не похоже, что прочисткой этой канализации занимались в последние лет сто, -- поморщился я, брезгливо постучав фонарем по ближайшему сталагмиту. -- Хм... здесь нет этого перекрестка.

-- И что будем делать?

-- Придется наугад, -- я еще раз вгляделся в линии плана. Этого места точно не было там. -- Попробуем сюда, -- махнул я рукой на тоннель, уходящий вправо.

-- Выбраться бы еще отсюда потом, -- тихо проговорил Лис. В голосе сквозил страх.

-- Расслабься, если что -- просто дойдем до ближайшего люка, а сверху, поди, сориентируемся, -- пропыхтел я, убирая карту за пояс.

Больше вопросов не возникало, или Лис отчаянно не давал им вырваться наружу. Так или иначе, следующую часть пути мы шли в тишине, не считая хлюпающих под ногами луж и звуков капающей воды. Я надеюсь, что это была вода. Постепенно выложенные кирпичом канализационные туннели сменились каменными, а мы все продолжали идти прямо. За спиной ругался Лис, скорее, ради успокоения. Отчего-то отсутствие развилок вызывало у него параноидальное чувство того, что мы свернули где-то не там и будем веки вечные плутать по канализации Амильдалла. Честно говоря, через некоторое время я даже проникся этими эмоциями, чем-то похожими на предчувствие беды, когда все идет слишком хорошо. Почему-то все твердо убеждены, что так не бывает. Однако, наши опасения оказались беспочвенны, и вскоре мы увидели ЕГО. Заброшенный город гномов. Старые, полуразрушенные временем и светлыми здания, высеченные прямо в камне. Битая слюда, использовавшаяся вместо стекла, усыпала то, что осталось от дорог и тротуаров, поблескивая в свете чудом уцелевших фонарей. Они были закреплены на стенах и потолках, защищены металлической решеткой, и даже нынешние поколения гномов не смогли бы сказать, как они работают. Хотя, местами и эти фонари были разбиты.