Ваон Андрей — Дорогой плотин (СИ)

Зрелище было не такое уж и волнующе: деревня себе и деревня; мелькали люди; сады цвели, потом роняли яблоки, потом листья, потом уже были снегири и снег; пруд замерзал и оттаивал.

— Ну, и? — поразился Иван. — Вроде мы это и так знали. Чего делать-то?

Взглянув в изображение, понял, что сразу не доглядел, не понял всех деталей. Года, шли, а деревня оставалась! Вот уже и дома сменились, и машины появились явно фантастические. Может, даже летательные. Но деревня оставалась! Не было многоэтажек и всеобщего заасфальтирования. Посад оставался посадом. Дороги прямели, но не гробили всё под своим асфальтом.

— Стоп! — вскрикнул Иван. И картинка движущаяся послушно остановилась. — Назад! — скомандовал Иван. Поехало и назад. — Где же это всё началось… Так, здесь мне привычно, всё понятно, а здесь слома нет, деревня осталась…хм… — мудрил он, гоняя «кино» взад-вперёд. — Да когда же, чёрт возьми, в другую колею спихнулось?!

Тут он и понял когда…МКАД! Кольцо не замкнулось вокруг Москвы, вот когда…

Замерло это мгновение. Застыли все обстоятельства. Иван ясно понял, что вот он, тот решающий момент, который они уже проскочили. Но именно он, именно сейчас в этом месте громадной будущей плотины может пошевелить ход истории так, что она двинет другим путём.

Он тронул весло и лодку закружило. Замелькали события, года и люди…

Очнулся он на берегу. Рядом виднелись явно футуристические постройки. Было безлюдно. Иван встал и отряхнулся, стал вертеть головой. Когда взглянул на восток, так и остался с кривой шеей.

Махина сооружения тянулась в сторону Аляски, скрываясь дугой за горизонтом.

— Плотина… — прошептал Иван, всё поняв разом. — Осталось понять, в какой год меня махнуло, и назад когти рвать.

— Эй, товарищ! Вы кто такой? — окликнул его из-за спины человек в форме. Форма была хороша: что-то такое невесомое, с лёгким шуршанием облегавшее стройный стан парня.

— Так я это, — Иван в панике начал соображать, чего делать. «Сейчас застряну тут в какой-нибудь тюрьме, и хана моим светлым планам», — и решил рубить с плеча. — А какой год сейчас, товарищ? — мозг работал чётко и быстро. Иван понял, что если «товарищи» в ходу, значит, уже не всё так плохо.

— Тридцать седьмой, — послушно ответил человек. — А вы кто всё-таки такой? Здесь, вообще, нельзя посторонним находиться.

— Я путешественник во времени, — улыбнулся по-доброму Иван. Какой «тридцать седьмой» две тысячи или две тысячи сто, интересно. Иван предположил, что такие вещи — переходы во времени — их тут не должны удивлять. — Ага.

— Чего? — скривился человек. То есть, удивился всё-таки.

— Ну, это, из прошлого я, — уверенно лепил Иван, но уже без прежнего энтузиазма. — А плотину кто построил?

— Плотину? — опять удивился охранник, но продолжал дружелюбно общаться с нарушителем. — А! Великую Дамбу? Известно, кто — Советская наша страна, — человека будто переключили на другую программу. Он мечтательно и с гордостью начал излагать. — Для соединения двух огромных наших краёв — Аляскинского и Чукотского…

— Чего, и Аляска наша? — выдохнул Иван. Человек не замечал. — Ладно, всё понятно, тикать пора, — решил Иван. И безо всяких предупреждений рванул к Великой Дамбе. — Ах, чёрт! — вспомнил Иван процедуру — надо ж ноги помочить. И побежал дальше, слыша взволнованный крики брошенного лектора.

Но никто его уже достать не мог. Иван летел сквозь ветер и пространство, перескакивая заодно и года. Внутренне ликуя, бормоча: «Получилось, получилось!», он переместился обратно к чукчам в Уэлен.

Запряжённые олени ждали на берегу.