Фостер Алан Дин — Маори

— Хватит стрелять! — коротко приказал Уильямсон. Раздался еще один выстрел, но не из кустов перед ними.

— Хватит стрелять, я говорю!

Мужчины подчинились. Густой дым вокруг них начал рассеиваться.

— Боже! — пробормотал Уильямсон. — Они ускользнули! Я так и знал, что нужно было действовать быстрее! — Он взглянул на горы слева, куда двинулся его фланговый отряд. — А те еще не заняли позиции.

Халл нахмурился, глядя на кусты и реку за ними.

— Что-то здесь не так, мистер Уильямсон. Неверно. Маори не бегают из-под обстрела. Они варвары, но не трусы.

— Значит, вы их хорошо знаете, сэр.

— Достаточно, чтобы сказать, что на поле боя пахнет не только порохом, мистер Уильямсон. Я имею дело с местным населением дольше, чем кто-либо на Северном Острове.

— Ну, если маори не убежали, то где же они?

Халл ничего не ответил. Один из противников все же дал о себе знать.

Звук выстрела заставил обоих мужчин обернуться. Он донесся не оттуда, где должны были находиться враги, а из лагеря экспедиции. Уильямсон посмотрел на высокого человека в костюме моряка.

— Меррик! Ты оставил кого-нибудь в лагере?

— Нет, сэр, — ответил подчиненный.

— Вы приказали взять сюда всех.

— Проклятье! — Уильямсон бросил свою шляпу на землю и начал ее топтать. Халл не обратил на эту вспышку внимания. Шляпа полетела в кусты.

— Возвращаемся в лагерь. Все!

Позади мужчины, выстроившиеся в две линии начали переглядываться.

— В лагерь, я сказал!

Уильямсон направился обратно. Поддавшиеся внезапной панике люди последовали за ним, нарушив построение. Халл старался не отступать от майора, но понял, что не может шагать так быстро, и позволил основным силам отряда обогнать себя.

Ужасный вид открылся их взорам, когда они сквозь завесу дыма смогли разглядеть лагерь. Дым поднимался от горящих палаток и запасов продуктов. К тому времени, когда Уильямсон и его первые бойцы вступили на территорию лагеря, большинство лошадей и все телеги были уже угнаны. Пока отряд охотился на предположительно загнанного в ловушку и деморализованного врага, другие маори проскользнули в лагерь и увели лошадей, никем не замеченные.

Расстроенные бойцы организовали погоню, чтобы спасти хотя бы часть продуктов и боеприпасов, но очень скоро отказались от этой своей затеи. Маори исчезли бесследно.

Косгров в запыленных сапогах стоял на дороге, которой пользовались местные жители.

— Мы должны догнать их, — пробормотал он.

— Пешком? — отозвался Харрингтон Пети. — Если не умеете летать, сэр…

Мужчины уставились друг на друга.

— Хватит вам!

Халл опустился на ближайший камень. Он очень устал, но не потерял присутствия духа, как его товарищи. Их не просто провели. Их провела кучка местных дикарей. Очевидно, теперь стоило пересмотреть всю военную кампанию. Враги оказались невероятно хитрыми и изворотливыми.

Пети выразил то, что было сейчас на душе у каждого.

— Так войну вести нельзя! Они и не собирались вступать в бой! Это просто грубейшее воровство.

— Простите, Харрингтон, — произнес Халл, — но позвольте мне напомнить вам, что маори не цивилизованные существа. Поэтому не ждите от них во время войны действий, отличных от действий в мирное время. Им нужна только победа. В этом смысле мы должны думать одинаково. В любом случае, мистер Косгров, Харрингтон прав. Мы не можем преследовать их. Не здесь.

Он указал бесполезной саблей туда, где следы телег с дороги сворачивают в лес.

— Почему нет, сэр? — спросил владелец лавок.

— Мы должны суметь налегке догнать их, поскольку на них висит груз добычи.

— Допустим, они учли это. Что тогда? Косгров скорчил гримасу.

— Я не понимаю вас, сэр. Халл вздохнул.

— Если вы каким-то образом и сможете догнать маори пешком, вы будете слишком усталыми, чтобы вступить в бой. Не достаточно ли одного урока в день? Есть более легкие способы самоубийства.

Косгров напрягся.

— Вы полагаете, в бою маори может сравниться с белым человеком, мистер Халл?

— Я говорю, что не стоит подходить к лежбищу льва, когда не убедишься, что твои силы превосходят его раз в десять. Могу поспорить, вы не видели маори на охоте. Я видел. Маори может неподвижно простоять под деревом целый день, поджидая добычу. И это еще не все, — Халл посмотрел на реку, где произошла короткая схватка. — Думаете, они промахивались потому что не умеют обращаться с ружьями? Некоторые, возможно, но не много. Это сразу обеспокоило меня, но все произошло так быстро, что не было времени задуматься. Они промахивались специально, чтобы мы думали, будто наш поход просто увеселительная прогулка, — он кивнул в сторону леса.

— Как я понимаю наше положение, джентльмены, мы должны позаботиться о спасении, а не о мести. Дорога в Окленд пешком длинна. Все наши припасы в руках врагов. Они должны знать, какой сильный удар нанесли нам. Скоро они начнут пользоваться создавшейся ситуацией. Я не хотел бы оставаться здесь, когда это начнется, — Халл резко поднялся с теплого камня. — Лучше выступить немедленно.

Уильямсон сначала возразил. Как и Косгров, он хотел устроить погоню. Халл никогда не отличался терпеливостью. Ему пришлось призвать на помощь все свои силы, чтобы не выйти из себя.

— Люди устали и ничего не ели на завтрак, — сказал Уильямсон.

— Завтрак? Большая часть продуктов в руках маори. Или вы уже забыли об этом? Если они голодны, пусть едят ягоды. Диета окажется полезной. По дороге до ближайшей фермы другой еды не будет. Хотите оказаться в ловушке между холмами и рекой? Вам не приходило в голову, что мы именно там и находимся?

Уильямсон уставился на Халла, затем посмотрел на гору справа и вдруг занервничал.

— Верно. Вы правы, сэр. Мы должны уходить. Он поспешил на поиски своих лейтенантов. Итак, вместо охоты на королевские племена в их логове обескураженные члены славной экспедиции уныло побрели домой, всю дорогу с опаской оглядываясь назад. Маори не давали им отступать спокойно. Неожиданные выстрелы из-за деревьев свалили несколько бойцов. Вся колонна открыла лихорадочный, беспорядочный ответный огонь, пока ругательства и пинки командиров не заставили их остановиться. К моменту, когда удалось организовать рациональную оборону, вызвавшие переполох маори уже исчезли. Участники экспедиции подобрали убитых и раненых и с ругательствами продолжили путь.

Тактика внезапных ударов деморализовала колонну. Это был нецивилизованный, непривычный способ ведения боевых действий. И еще он был невероятно эффективным.

— Мой дядя воевал в Америке в девяностых годах, — рассказывал один боец своему приятелю. — Помню, он рассказывал мне, как воевали индейцы. Они просто подбирались поближе и обрушивались на тебя. Если ты успевал дать отпор, краснокожие просто исчезали до тех пор. Тишина продолжалась до тех пор, пока ты не успокаивался.

— Эти маори — духи, — шептал один человек соседу. Он хромал и уже несколько раз благодарил ружья местных жителей за то, что выпущенные из них пули только слегка задели его бедро. — Кровавые духи. Эта их земля, и они хорошо знают окрестности. Не нужно было затевать войну. Проклятые земельные спекулянты!

— Уж не боишься ли ты их, а? — спросил шедший сзади боец.

Прихрамывающий оглянулся.

— Ты прав, я боюсь их!

Случайные атаки маори участились. Воины все смелее нападали на колонну, не давая участникам экспедиции покоя в лесу. Иногда словесные уколы, доносившиеся до колонны из леса, были хуже пуль, поскольку поражали всех сразу. Только выстрелы самых метких бойцов позволяли колонне идти дальше.

Уильямсон приказал не тратить напрасно порох и свинец. Издевательства со стороны маори продолжались, заставляя выносить смех и оскорбления всю дорогу в Окленд. Каждая фраза была отборной, на вполне приличном английском языке.

Войдя в город, колонна имела жалкий вид. Раненых отправили в больницу. Никаких приказов разойтись не последовало. Строй рассыпался. Люди просто вернулись кто домой, кто в свою лавку, кто на ферму, а кто на корабль. Экспедиция потеряла около четверти сил убитыми и ранеными. Большая часть оставшихся в живых вернулась ослабевшей от голода и недосыпания.