Мартьянов Андрей Леонидович — Беовульф

– А ведь верно, – покачал головой Ариарихгот, – Море принадлежит ванам, там правят вожди Ванахема, а они клятвы не приносили… Они нам помогать не обязаны.

– Еще Вотан сказал, что дарует нам доблесть и силу во исполнение обещания. И Тор будет нас хранить, а Бальдр веселить души и дарить радость в битве. С тем боги ушли в Вальхаллу и ничего больше не сказали. А жрец повел меня обратно, в мир живых. Только Локи крикнул в спину: «Берегитесь!»

– Дела-а, – протянул Хререк. – Но я не поверну обратно! И я не боюсь попытаться!

– Никто не боится, – низким голосом сказал Хенгест. – Скильд?

– Что? – невпопад брякнул Северин, решительно не понимавший, о чем идет речь. Ответил единственно правильно: – Я как все!

– Ты сказал, а в слове нерушимая сила.

Это Северин знал и без поучений варваров-язычников – Словом был мир сотворен…

Начало пути было благоприятным – прямой парус выгнулся лебединой грудью, с юго-востока, со стороны Гесперийского моря дул хороший теплый ветер. Маленькая шестивесельная ладья отошла от батавского берега на десять стадиев и запрыгала по темно-синим волнам.

– Мы должны всегда оставаться в виду земли, – громогласно объявил Беовульф, налегая на рулевое весло. – Скильд Скевинг, следи за горизонтом! Внимательно следи – помни, что море не принадлежит людям, мы в чужой вотчине! Хререк, отдай Ньорду и морскому великану Эгиру наши подарки!

В воду полетели римские золотые монеты, кольца и плохо ограненные камни. Сокровищ у Нибелунгов было достаточно, чтобы ублажить богов.

…У батавов запаслись продовольствием на три дня – зерно брать не стали, им под посевы нужно. Вполне хватило копченого турьего мяса, крошечного, с две кружки, бочонка с медом да пять круглых сыроватых хлебов из муки ячменя, проса и ржи.

Северину такой хлеб перестал казаться отвратительным – когда голоден, и не такое съешь. Воды пресной два бочонка прихватили, пускай и не собирались далеко от земли отходить.

Всегда можно было останавливаться на дневки – поохотиться, поесть горячего. Алатей умел искать под снегом пахучие корешки, с которыми мясная похлебка становилась подобной лучшим творениям римских мастеров, устраивавших пиры для цезарей и сенаторов. Зверья же на пустынных берегах и птиц на островах было безмерно.

Где-то впереди, со стороны восхода, находилась земля данов. Земля, содрогающаяся под поступью чудовища, имя коему – Грендель…