Харпер Стивен — Черная тень

Мальчик протянул руку и слегка коснулся щеки Щена. Тот пошевелился. Ящерка отдернул руку, а его приятель резко открыл глаза.

— Что случилось? — спросил он заспанным голосом.

Ящерка смутился и не нашел что сказать.

Щен поморгал глазами и окончательно проснулся.

— Что такое? — спросил он.

— Я думал… — запинаясь, пробормотал мальчик. Его сердце колотилось в груди как бешеное. — То есть я хочу сказать… Нет, ничего.

Приятель посмотрел на него долгим взглядом, смысл которого остался для Ящерки непонятным.

— Ну тогда ладно, спокойной ночи. — И повернулся на другой бок.

Ящерка судорожно сглотнул. О чем он подумал? Что сейчас произошло? Он не мог найти вразумительного ответа. Мальчик повернулся к Щену спиной и уставился в стену. Так много всего происходит, все меняется с такой быстротой. Он не сможет заснуть…

И тут же уснул.

Дул жаркий сухой ветер, приносивший с собой запах выжженной растительности и нагретого солнцем камня. В небе кружил сокол, слышался его резкий, пронзительный крик. Под ногами расстилалась каменистая пустыня, но мелкие острые камушки не причиняли вреда, потому что здесь его подошвы были твердыми и жесткими. Он распахнул руки навстречу ветру, приветствуя обжигающие потоки воздуха. Это место действительно существует. Оно — реальность. Это место…

«Малыш».

Он никогда раньше не слышал здесь человеческого голоса. Он должен был испугаться, однако страха не было. Он спокойно повернулся. Рядом с ним стояли люди, мужчины и женщины, примерно десять человек. Как и он сам, они были нагими, их черные волосы выгорели на солнце.

— Привет, — сказал он.

«Время, отпущенное нам, коротко, — ответили они, причем губы их при этом не двигались. Слова просто возникали у него в голове и сердце как будто сами собой. — А ты должен кое-что узнать».

— Что же? — спросил он.

У него возникло чувство, что они все стали качать головами.

«Ты сам должен во всем разобраться. Мы лишь укажем тебе путь».

— Какой путь?

«Этот путь — в тебе. Слушай голос своего духа. Мутанты хотят, чтобы ты выбрал их дорогу, дорогу, ведущую к смерти и боли, но дух твой все равно останется свободен. Черпай нашу силу. Мы — реальные люди, и ты — один из нас. Мутантам не отнять этого у тебя, если ты сам им не позволишь».

И люди исчезли. Не осталось ни следа, ни одной помятой травинки, указывающей на то, что они только что были здесь. По-прежнему дул горячий ветер, раздавался крик сокола. Он поднял глаза, чтобы посмотреть на небо, а увидел над собой белый полог.

Ящерка проснулся, смущенный и сбитый с толку. Что это за странное место? Он должен быть там, где горячий ветер и песок под ногами. Или где жесткий лежак и кваканье лягушек? В любом случае, здесь он находиться не должен. Вокруг все белое и мягкое на ощупь, разливается приглушенный свет. Раздался странный булькающий звук. И вдруг мальчик вспомнил, где он и что с ним случилось. Он сел на кровати. Щена рядом не было, а звук, привлекший его внимание, доносился из ванной. Ящерка встал и потянулся. Из-за штор пробивались тонкие лучи солнечного света, но вся комната оставалась в полутьме. От кондиционера веяло прохладой, под ногами мальчик почувствовал приятную мягкость ковра. Натянув шорты, он стукнул в дверь ванной и распахнул ее. Щен сидел по шею в воде, а вокруг со дна ванны поднимались пузырьки. От воды валил густой пар.

— Просто здорово! — объявил он. — Тебе тоже надо попробовать. Давай залезай, здесь полно места!

— А душ? — спросил Ящерка. Впервые в жизни он осознал, по-настоящему осознал, что Щен сидит в ванне голый. Всколыхнулось воспоминание о прошлой ночи, и мальчик непроизвольно отступил. Он был в нерешительности. Судя по его виду, приятель не помнит о том, что произошло ночью, но все же…

— Я и душ попробовал, — усмехнулся Щен, и Ящерка подумал, какой он красивый. Мальчик судорожно сглотнул. — Так ты идешь или как?

— Я подожду, пока ты закончишь, — ответил он и, чтобы скрыть смущение, брызнул Щену в лицо водой. Тот отплатил настоящим водопадом, окатившим Ящерку с головы до ног. Он со смехом вытер лицо рукой.

— Ну вот, мне не нужен ни душ, ни ванна.

После некоторых размышлений Ящерка выбрал душ, и через несколько минут они закончили умывание и стали одеваться. Неожиданно Щен обнаружил возле двери в спальню новый комплект одежды — светло-желтые брюки, длинная туника такого же цвета и сандалии, похожие на те, что носят менеджеры. Судя по размеру, все это явно предназначалось для Ящерки, и тому пришлось переодеться.

— Видишь? — прошептал Щен, с благоговейным ужасом наблюдавший за этим процессом. — Светло-желтый цвет, а менеджеры носят темно-желтую одежду. Ты почти что им ровня!

— Наверное, — отозвался Ящерка. Он вытянул руку, на которой все еще блестел металлический браслет. — Но только почти.

— Как думаешь, к тебе приставят личного раба, чтобы помогать одеваться и все такое прочее? — робко спросил Щен. — Кого-нибудь, кто раньше… был болотником?..

Он смотрел на приятеля широко распахнутыми глазами, его голос звучал с такой мольбой, что у Ящерки сдавило горло. Его лучший друг думает, что прислуживать ему — большое счастье? В порыве чувств мальчик крепко обнял Щена. Тот не сразу откликнулся, и Ящерка почувствовал, как тело приятеля напряглось на секунду, прежде чем он тоже обхватил его в неловком объятии. Мальчик отступил.

— Извини, — пробормотал он.

— Все в порядке, — произнес Щен тем же тоном, что и прошлой ночью. — Просто неожиданно.

— Я… Мне нужен друг, а не раб. Но если мне полагается личный раб, будь уверен, я вытащу тебя из болота. — Ящерка в задумчивости замолчал. — Если только не будешь скучать без своей подружки, с которой ты встречаешься.

Щен засопел.

— Ладно, твоя мама уже, наверное, заждалась.

Мальчик выбросил руку, имитируя удар, Щен сделал вид, что страшно испугался, и все опять стало как прежде.

— Кстати, как там мама, интересно? — Ящерка постучал в дверь, разделявшую их комнаты.

Белл, оказывается, уже закончила одеваться. Ее новый наряд — туника и брюки — был такого же цвета, как и у сына. Вскоре принесли завтрак. Они подкатили сервировочный столик к широкому окну, отдернули шторы, впуская в комнату яркий солнечный свет, и, завтракая, разговаривали. Им было хорошо вместе. Ящерка заметил, что лицо у мамы разгладилось, и она явно повеселела. На какое-то мгновение он представил, что они дома, в Сиднее, когда по воскресеньям к завтраку собиралась вся семья. Счастливая перемена в их жизни произошла потому, что они оказались Немыми… Ящерка посмотрел на мать и понял, что и она думает о том же.

— Ты считаешь?.. — начал Ящерка.

Белл вздохнула и поставила на стол чашку с кофе.

— Не знаю, — ответила она. — Мы можем лишь надеяться.

— О чем это вы? — спросил Щен. — На что надеяться?

— На то, что у нас вся семья — Немые, — сказал Ящерка.

— А-а…

— Ты о них часто вспоминаешь, мама? — спросил мальчик.

— Каждый день, — тихо отозвалась она. — И каждую ночь я говорю с твоим отцом, хотя знаю, конечно, что он меня не слышит, и молюсь, чтобы с твоим братом и сестрой все было в порядке.

Открылась дверь, и в комнату вошла госпожа Бланк. Все трое рабов вскочили на ноги, глаза они привычно опустили долу. Ящерка заметил, что на хозяйке сегодня зеленое платье, такое же, как и в тот день, когда она приобрела на аукционе его и его мать.

— Я долго размышляла о том, как с вами поступить, — заявила она. — У меня достаточно обширные межпланетные связи, но не настолько, однако, чтобы это оправдывало обучение и содержание личного Немого раба. А тем более двух. Поэтому я решила выставить вас на продажу.

Ее слова были подобны взрыву. Вся кровь отхлынула от лица Ящерки, комната поплыла у него перед глазами. Голос госпожи Бланк доносился откуда-то издалека. Потом он понял, что сидит на полу, зажав голову между коленями. Руки у него дрожали, лицо онемело. В ярком солнечном свете блестел металлический браслет, охватывающий его запястье. Постепенно он осознал, что кто-то обнимает его за плечи.