Харпер Стивен — Черная тень

«Мы — реальные люди, и ты один из нас».

Но они — не более чем сон. Обычный сон, какой видишь ночью. И пусть этот сон был необычно четким и правдоподобным, он не стал от этого явью.

«Мутанты не смогут отнять у тебя что-либо, если ты им не позволишь».

Если он им не позволит. Если бы все было так просто…

«Если ты им не позволишь».

Может, это и в самом деле просто.

Ящерка выпрямился. Никто не отдаст ему ничего добровольно. Это он давно понял. А если просто взять что-то самому? Начать хотя бы с имени. Ему казалось, что звезды плывут внизу, прямо под ним, и если сделать шаг, то можно пройти по ним без усилий.

«Если ты им не позволишь».

Мальчик сжал челюсти. И что из того, что это всего лишь сон? Слова не утратили своей истинной сути. Он — один из племени реальных людей, он прошел сквозь боль и испытания, мутанты вынуждали его страдать точно так же, как и реальных людей, и так же, как они, он выжил. Он выживет. Они дадут ему силу.

Дверь в салон отъехала в сторону, и в него вошла Ара. На шее женщины висел золотой медальон, как и у всего экипажа корабля, а ее правую руку украшал золотой перстень с мерцающим зеленым нефритом. Маленькая группка недавно освобожденных рабов настороженно повернулась к ней. Джерен и Уилла сделали движение, чтобы встать, но Ара знаком попросила их оставаться на месте и сама села в кресло.

— Вы больше не рабы, — заявила она, — и вовсе не обязаны вставать, когда в комнату кто-нибудь входит. Анна Кей утверждает, что мы сейчас на достаточном расстоянии от станции и в любой момент можем войти в смещенное…

Как по команде звезды в иллюминаторе слились в головокружительный водоворот красок. Желудок у Ящерки сжался, к горлу подкатила тошнота, но в этот момент иллюминатор потемнел.

— Отлично, — сказала Ара. — Уверена, у вас уже возникло множество вопросов, и я готова ответить на них. Ящерка, присоединяйся к нам.

— У меня другое имя, — ответил мальчик твердым голосом.

Матушка Ара кивнула, как будто уже не раз слышала такие слова раньше.

— Хорошо. И как же тебя зовут?

— Кенди, — выпалил он и недоуменно заморгал. На кончике языка у него вертелось имя Ивэн. Почему он сказал «Кенди»? И вдруг мальчик вспомнил, какие истории рассказывали хранители традиций, собираясь у костра во время их вылазок на природу. Кенди — это волшебная ящерица, шустрая и смышленая. Подумав секунду, он кивнул.

— Кенди, — повторил он. — Мое настоящее имя — Кенди.

— Отлично, Кенди, — сказала матушка Ара. Было и странно, и приятно слышать, как это имя произносит кто-то другой. — Присоединяйся к нам. Или, если хочешь побыть один…

— Нет, — ответил мальчик, — нет, со мной все в порядке. — И Ящерка, то есть теперь уже Кенди, подвинул свой стул к Аре, вокруг которой уже собрались остальные его спутники.

— Во-первых, — начала женщина, — я должна вам кое-что объяснить. Как вы, наверное, уже догадались, я работаю не на торговую корпорацию.

Все дружно кивнули.

— Вы на самом деле заплатили за нас деньги? — спросил Кенди.

— О да, причем весьма неплохие. И как только убедилась в Немоте каждого из вас, объявила мгновенные ставки, и дело было сделано.

— Мгновенные ставки? — переспросил Джерен, чьи ярко-зеленые глаза просто сияли от нетерпеливого любопытства. Его правый глаз с внешней стороны обрамлял белесый шрам, и Кенди подумал, уж не от хозяина ли ему досталось.

— Аукцион анонимный, а это значит, что участникам неизвестны ставки конкурентов, — пояснила Ара. — Однако устроители всегда назначают чрезвычайно высокую цену на тот случай, если кто-то захочет купить определенный лот сразу и наверняка, не дожидаясь окончания торгов. И вот я объявила такие мгновенные ставки на каждого из вас.

— У-вас-такая-куча-денег? — спросил Кайт быстро, на одном дыхании, роняя слова, словно капельки ртути.

— Не у меня, а у ордена Детей Ирфан, — ответила матушка и поудобнее устроилась в своем кресле. — Мы — монашеский орден. Наша главная задача состоит в поисках Немых, особенно попавших в рабство. Мы их освобождаем и потом привозим в свой монастырь на планете Беллерофон. Предвосхищая ваш вопрос, могу сказать: нет, вы не обязаны вступать в орден. Вы вообще не обязаны ничего делать по принуждению. — Она смотрела на них ровным, спокойным взглядом. — Вы — свободные граждане. У вас больше нет хозяев и никаких обязательств помимо тех, что диктует вам ваша совесть.

— Ну, конечно, — прогнусавил Джерен. — Вы выкладываете такую кучу наличных и ничего не требуете взамен? Хотите обвести нас вокруг пальца?

Уилла возмущенно шикнула на него.

— Не надо злить матушку. Вдруг она рассердится и опять сделает нас рабами?

— Нет, — решительно произнесла Ара, — ни в коем случае. У вас, повторяю, имеется определенный выбор. Вы можете отправиться со мной, то есть с нами на Беллерофон и пройти обучение в ордене. Вам будут предоставлены жилье, питание, одежда и небольшая стипендия. Вы получите общее образование.

— Че-ва-онас-над? — выпалил Кайт, и Кенди не сразу сумел разобрать в его фразе отдельные слова.

Матушка Ара тоже, казалось, пребывала в некотором замешательстве.

— Что нам от вас надо? Когда вы закончите обучение и принесете свои клятвы в качестве членов ордена, вы должны будете отработать на монастырь ровно столько дней, сколько продолжалось ваше обучение. В этот период вам будут предоставлены жилье, стол и несколько большая стипендия. Когда долг будет полностью выплачен, вы можете покинуть орден, но можете и остаться с нами. Как пожелаете.

— Мы должны будем на вас работать? — переспросил Джерен. — Тоже очень смахивает на рабство.

— Верно, — вставил свое слово Кенди, тоже снедаемый подозрениями. — А что, если мы согласимся, а потом нам у вас не понравится?

Женщина улыбнулась.

— На принятие решения вам дается год. По истечении этого срока вам предлагают заключить контракт в качестве наемного работника. И если вам не понравятся его условия, вы этот контракт просто не подписываете. — Она подняла палец, предвосхищая следующее замечание Джерена. — Нет, мы не станем пытаться удерживать вас на Беллерофоне. Все Немые рабы, которых мы покупаем, получают два подарка. Первый — это свобода. Ее вы уже получили. А второй — бесплатный билет на перелет в любое место, какое вы укажете на выбранном вами самими корабле. Я выдам каждому из вас такой билет, как только мы прибудем на Беллерофон. Можете воспользоваться этим билетом тогда, когда сочтете нужным. Он не теряет силы в течение всей вашей жизни.

Кенди слегка расслабился.

— А что, если мы не пройдем полный курс обучения? Бывает у вас так, что люди бросают учиться?

— Да, иногда бывает, — ответила матушка. — В таком случае вам все равно придется отработать на орден столько, сколько потребуется, чтобы отработать свое обучение. Вы не сможете в таком случае работать в Мечте, потому что это разрешается только тем, кто прошел полный курс обучения, но в монастыре есть множество других дел и занятий, которые также требуют немалых усилий.

— Мы-не-будем-больше-Немыми? — спросил Кайт. На этот раз его слова прозвучали более отчетливо.

— На этот счет волноваться не следует, — успокоила его женщина. — Мы не стали бы лишать вас Немоты, будь это даже в наших силах. Однако существует пункт, согласно которому вы не имеете права работать в Мечте на другую компанию в течение трех лет после того, как покинете орден Детей Ирфан. Иначе мы превратились бы в бесплатную школу для конкурентов.

— Это все закрепляется письменно? — поинтересовался Джерен.

— Разумеется, до последней мелочи. Вместе с билетом я предоставлю каждому из вас копию нашего устава. Какие еще будут вопросы?

— Почему вы притворились торговцами из корпорации? — спросила Уилла таким тоненьким голоском, что Кенди едва ее расслышал.

— Так проще, — отозвалась Ара. — Есть много людей, которые не любят Детей Ирфан. Корпорации, подобные «Партнерству Немых», не очень-то нас жалуют, потому что мы не стремимся к высоким доходам, как они, сбивая тем самым цены. А работорговцы имеют на нас зуб за то, что мы освобождаем людей, сужая их сектор рынка и лишая комиссионных. Если бы я явилась на аукцион как матушка Ара из ордена Детей Ирфан, мгновенные ставки на вас взлетели бы еще выше или мне вообще могли бы не разрешить участвовать в торгах.