Тонких Василий Иванович — Совсем чужие

Тут можно читать онлайн книгу Тонких Василий Иванович - Совсем чужие - бесплатно полную версию (целиком). Жанр книги: Современная проза. Вы можете прочесть полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и смс на сайте Lib-King.Ru (Либ-Кинг) или прочитать краткое содержание, аннотацию (предисловие), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Совсем чужие
Количество страниц: 20
Язык книги: Русский
Издатель: Советская Россия
Город печати: Москва
Год печати: 1965
Прочитал книгу? Поставь оценку!
0 0

Совсем чужие краткое содержание

Совсем чужие - описание и краткое содержание, автор Тонких Василий Иванович, читать бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Lib-King.Ru.

В повести Василия Тонких «Совсем чужие» рассказана история любви шофера совхоза Григория Королева. Глубоки и светлы его чувства к Марине. Даже измена любимой, принесшая ему страдания, не могла поколебать его веры в светлое будущее их совместной жизни. Марина ушла от Григория. Обстоятельства ее жизни со вторым мужем складываются так, что она не может взять к себе ребенка. Вскоре Марина умирает, и ее сына воспитывает Григорий. Дружба его с мальчиком, забота о нем трогательно и убедительно изображаются в повести. Произведение пронизано гуманной мыслью: только то жизненно в нашем обществе, что в основе своей благородно, честно, не противоречит моральным устоям советского человека.

Совсем чужие - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Совсем чужие - читать книгу онлайн бесплатно, автор Тонких Василий Иванович

Из-за кургана, на котором похоронен отец Марины, выскочил грузовик и вскоре догнал ее. Шофер, открыв дверцу, блеснул синевой глаз, крикнул:

— Марина, садись!

Девушка равнодушно взглянула на Григория. Никого она сейчас не хотела видеть, не нуждалась ни в чьей помощи и заботе. Губы ее презрительно сморщились, голос еле слышно задрожал:

— Спасибо. Мокрому дождь не помеха.

Но шофер, подъехав ближе, вышел из машины, схватил девушку за руку.

— Лезь в кабину! Слышишь?

С полным безразличием ко всему происходящему Марина открыла дверцу, медленно и неохотно влезла в кабину.

— Ну вот и хорошо! — воскликнул радостно шофер, хлюпая по жидкой грязи сапогами.

Сев в машину, Марина достала из кармана юбки зеркальце. В нем она увидела мокрое, с растрепанными волосами какое-то чужое, страдальческое лицо. Инстинктивно она потянулась к своей помятой прическе, но тут же опустила руку: «Не все ли равно!»

Шофер хлопнул дверцей, скрипнул рычагом и дал газ. Приподняв козырек серой с васильковыми точками фуражки, приглушенно, стеснительно спросил:

— Грустишь, Мариночка?

Вдали заиграла переливающимся светом радуга.

«Надо ему, выясняет, — недовольно отметила про себя девушка. — Неужели он на меня не злится?» Она склонила голову, тыльной стороной руки вытерла мокрый лоб, поправила прическу. Она поняла, что еще интересует его. Это смягчало ее ожесточенность, согревало душу. А радушная открытая улыбка шофера располагала к откровенности. Ей вдруг захотелось уткнуться в плечо этого сильного парня, зарыдать, выплакать свое горе и рассказать все-все. Он поймет. Григорий добрый. Но сдерживала гордость, стыд перед этим, ничего не знавшим, чистым человеком. И она тихо сказала:

— С чего ты взял, Гриша?

— Видно по тебе, — ответил он, робко взглянув ей в глаза.

Марина снова мельком к зеркальцу, развязала на шее косынку, перехватила ею растрепанные волосы.

— Письма-то пишет?

— Кто?

— Да Николай…

— Нужны мне его письма, — досадливо буркнула она, горделиво вздернув плечами.

— Ну да, — недоверчиво протянул шофер. — Дружили все-таки…

«Какой он нудный, — подумала девушка. — С ним от тоски помрешь».

— Сегодня воскресенье, — продолжал шофер. — Кино, наверное, привезут. А ты опять будешь дома сидеть?

«Вот привязался, — поморщилась Марина и отвернулась к окну. — А может, мне и вправду сходить в клуб?»

— Не придешь? — допытывался шофер.

Марина взмахнула длинными темными ресницами, окинула взглядом шофера, едва заметно усмехнулась уголками губ:

— А ты настойчивый.

Автомашина въехала в село. Григорий подвез Марину к ее дому, сказал:

— Ну так я забегу за тобой.

— Не надо, — решительно произнесла она.

Дома матери не было, и Марина облегченно вздохнула. Она, знала, что мать, заметив ее озабоченность, начнет поучать, предостерегать от непоправимой беды. И опять расскажет ей давно известную историю:

— Когда революция началась, мужики гужом шли к барину, требовали отдать им землю. А он перепугался и ускакал на тройке, взяв с собой только деньги и кое-что из одежды. А все его добро — посуду, мебель, картины — приказчик, Кирилл Порфирьевич, к своим рукам прибрал. Где-то распродал и бежал. А в двадцатых годах опять тут вынырнул и поступил на спиртозавод счетоводом. Я тогда работала у попа в прислугах, была глупая-преглупая. Народ-то не любил этого Кирилла Порфирьевича. Он ходил бывало по селу заносчивый, строптивый. Любил, чтобы перед ним за версту шапку ломали. Никому копейки никогда взаймы не давал. Дом их люди умные обходили, а я, битая дура, возьми и влюбись в его сына Захара. Малый-то он был — одно загляденье, хоть картинки с него рисуй, а по душе слабый. Отец ему запретил на мне жениться. Я очень бедная была.

Потом сморкнется в фартук, всхлипнет и продолжит:

— Ну вот. Убежали мы с ним в это село, где сейчас живем, тут дом его тетки возле церкви стоял, кузнец теперь там поселился, и стали у нее мыкаться. Поехал Захар просить у отца выдела. Прожил у него дня три, а никак все не осмелится разговор про дело начать. Напился пьяным и только тогда речь повел о выделе. Отец ему все обещал, а сам спиртом накачивал. Споил совсем и ни с чем его выпроводил. Ночью, слышим, около дома сани заскрипели. Вышли, глядим, лошадь порожняком пришла. Поехали искать Захара. А он на полдороге вывалился из саней на ухабе и лежит скрюченный, наполовину занесенный снегом. Потрогала я его, а он как деревянный. Замерз. И вот с того время захворала я. Чуть поволнуюсь, и сердце начинает, как подстреленная куропатка, трепыхаться, того и гляди из груди выскочит. Да и ты без отца выросла, горя вволю хлебнула. А все отчего? Замуж надо выходить своим путем и своим чередом, да и мужа попроще выбирать.

Марине жалко мать. Еще в детстве у нее сердце обливалось кровью, когда мать бывало сядет под дубом, что посажен у отца на могиле, опустит свою рано поседевшую маленькую головку на колени и замрет. И непонятно было Марине: оплакивает ли мать отца или думает о ее безотрадном детстве. Сколько раз она плакала, думая, почему у нее нет отца, почему до того, как она родилась, ей уже обрекли горькую долю? И теперь такая же судьба ожидает ее ребенка. Родится он, подрастет, начнет разговаривать, спросит: «Мам, а где мой папа?» Что ему ответить? А он опять скажет: «У других есть, а у меня нет. Дай мне папу!..» «Уехать от позора куда-нибудь, — переодеваясь в сухое, напряженно размышляла Марина. — Но как оставишь одну больную мать?»

Будто в заколдованном круге мечется мысль Марины, не находя выхода. «А если я здесь рожу, то мать этого не перенесет». Она подошла к окну. По стеклам стучали капли дождя и стекали извилистыми ручейками. Форточку сверлила оса, стремясь выбраться наружу. «Зачем же ты рвешься на свою погибель? — мысленно спрашивала ее Марина. И вдруг с удивлением открыла: — Да ведь и я так же рвалась навстречу своей гибели!» Она села на диван, откинула на подушку голову и закрыла глаза. В сознании возникли картины.

Николай со сцены клуба громогласно кричит:

— К любым чертям с матерями катись любая бумажка… — и рукой рубит воздух. На его длинной тонкой кисти — широкая манжета белой рубашки.

Она сидит с Григорием во втором ряду. Он заливается смехом, не стесняясь соседей, говорит:

— Как репродуктор на вокзале.

Ей стыдно за его несдержанность. Она высвободила свою ладонь из его шершавой руки и стала внимательно слушать Николая.

Закончив декламацию, Николай непринужденно раскланялся и скрылся. Потом вышел на сцену с аккордеоном. Тонкие длинные пальцы легко и привычно бегали по блестящим клавишам. Марина слушала его охотно.

А когда начались танцы, Николай подошел к ней. Обласкав ее взглядом, сказал:

— Здравствуй, Марина! Ты так изменилась, не сразу тебя узнаешь.

Григорий, молчаливо стоявший у стены, хлопнул тяжелой ладонью Николая по спине, с обидой в голосе произнес:

— Здорово, что ли!

Николай поздоровался и опять к ней:

— Зачем же ты косу отрезала?

Григорий схватил его за плечо, развернул к себе:

— Где ты пропадал?

Николай, поморщившись, снял с плеча его руку, ответил неохотно:

— Жил у тетки, кончал среднюю школу. Неужели не слышал? — И, отвернувшись от Григория, он пригласил Марину на танго.

Она с радостью согласилась.

Танцуя, она видела маленький узелок галстука Николая, мысленно сравнивала его с неумело завязанным, аляповатым узлом галстука Григория, всегда почему-то съезжавшим набок, и, слушая музыку, заулыбалась счастливо, чувствуя, что на них смотрят ее подруги, завидуют.

После танца они отошли в сторонку. Григорий подошел к ним. Марина заметила, что он нервничает. Не обращая на него внимания, они продолжали разговор:

— Ты где же работаешь?

— Заведую библиотекой.

— О-о-о! — удивленно воскликнул он. — Я приду к тебе за книгами.

Григорий не выдержал, схватил ее за руку и потащил к выходу.

— Пойдем погуляем.

Поделиться книгой

Оставить отзыв