Риджуэй Мэтью — Солдат

Все дело » том, что Корея — один из тех отмеченных ботом клочков земли, который имеет громадное значение для многих сильных наций. Среди ее холмов японцы, китайцы и русские вели ожесточенные войны за власть. Они все еще придают громадное значение отношению к нам корейского правительства. Поскольку наши интересы на Тихом океане остаются неизменными, таким же образом должны поступать и США. Я верю, что если отношения между Китаем, Японией и СССР будут урегулированы на взаимно приемлемой основе, обе части Кореи естественно сольются в независимое буферное государство, своего рода Швейцарию Дальнего Востока, которое не будут контролировать ни Россия, ни Китай, ни Япония. Однако этого невозможно достигнуть, пока не установится но-вый международный порядок и Япония не будет в силах занять законное место на Далыгем Востоке— день, который сейчас кажется слишком далеким.

Неоднократные сокращения численности вооруженных сил. значительно ослабив пашу мощь, сопровождались также действиями, оказавшими вредное влияние на моральное состояние войск. Обосновывая это необходимостью экономии, армии непрерывно угрожали лишением небольших льгот, поддерживавших уверенность солдата в том, что он пользуется постоянным вниманием родины, что он не Томми Аткинс из песни Киплинга, к которому во время войны относились, как к идолу, но которого в мирное время не замечали и подвергали лишениям.

Гражданские власти осуждали, например, мероприятия командования армии в отношении семей военнослужащих, находившихся на заморских театрах. В послевоенные годы около половины всего личного состава нашей регулярной армии проходит службу вне континентальной части Соединенных Штатов. Если нынешние условия останутся неизменными, можно ожидать, что половина их срока службы в армии пройдет за границей.

Я считаю совершенно нереальным и бессмысленным лишать этих военнослужащих права жить вместе со своими семьями. Мне хорошо известно, какое отрицательное влияние в мирное время оказывает на семейную жизнь разлука военнослужащих с семьями,— она снижает моральные качества солдат, увеличивает количество случайных связей.

Поэтому меня раздражало упорство гражданских джентльменов из министерства обороны, которые расставались со своими семьями только тогда, когда хотели этого, а сами настаивали на такой разлуке для военнослужащих. Разумеется, необходимы большие средства для перевозки, размещения, обеспечения школами, врачами и всем прочим жен и детей военнослужащих за границей. Однако средства эти ничтожны по.сравнению с благодарностью и удовлетворением, которые находят свое выражение в процентах повторного добровольного поступления на военную службу. Они бесконечно малы по сравнению со стоимостью войны, возможно, предотвращаемой наличием за границей этих солдат.

Другие проблемы, незначительные сами по себе, тоже оказывали глубокое влияние на дух армии. Непрерывно делались нападки на так называемые «пустяковые привилегии» (закрытые гарнизонные военные магазины, медицинское обслуживание членов семей военнослужащих), способствовавшие сужению разрыва между денежным содержанием солдата и той суммой, которую он смог бы заработать, будучи гражданским человеком. Против этих небольших привилегий выступали, прикрываясь необходимостью экономии. Однако самые сильные нападки, как хорошо известно, исходили от местных торговцев, считавших закрытые военные магазины и лавки своими конкурентами, которых необходимо ликвидировать.

ЧтТ) же касается сорока службы, то, по мнению военнослужащих, правительство в середине игры нечестно меняет ее правила. Более пожилые офицеры пришли в армию, надеясь, что если они будут служить верой и правдой, то смогут остаться на действительной службе до 64 лет. Они уопели бы дать своим детям образование и поставить их иа ноги. А к тому временя, когда их дети станут самостоятельными и приблизится срок отставки, они сумеют создать некоторые сбережения.

В 1947 году возрастной ценз для отставки был снижен, и сейчас, когда этот закон уже действует в полную .силу, многие опытнейшие кадровые офицеры вынуждены уходить в отставку в возрасте примерно 55 лет. Для них самих это личная катастрофа, армия же теряет в их лице людей с большим опытом и способностью принимать зрелые решения. Резкое и быстрое сокращение численности армии усугубило эту несправедливость. Интересы офицеров резерва, вновь призванных па действительную службу, были ущемлены в еще большей степени. Когда вторая мировая война осталась позади, а впереди как будто был длительный мир, Корейская война вновь заставила призвать их в армию. Многие из офицеров резерва после окончания Корейской войны остались на военной службе, и армия, .рассредоточенная по всему миру, остро нуждалась в них. Сейчас же, когда они приспособились к военной службе, их вопреки желанию опять возвращали к гражданской жизни, причем в таком возрасте, когда уже нелегко открыть новое дело . или получить профессию.

Все эти мероприятия, ослабляя боевой дух и мощь армии, сопровождались другими, которые сильно уменьшали ее общий потенциал.

Потенциал армии можно определить различными методами. Один из самых простых методов — оценка армии, во-первых, по ее боевым соединениям, во-вторых, по ее резервным компонентам и, в-третьих, по ее мобилизационному потенциалу. Я уже указывал здесь на недостатки и слабые стороны боевых соединений и резервных компонентов. Третий элемент—мобилизационный потенциал — имеет такое же важное значение, и мне кажется он тоже далек от того, каким должен быть.

Мобилизационный потенциал — это способность страны выставить необходимое количество солдат и наладить в нужных размерах производство вооружения и снаряжения. Производство вооружения и снаряжения — одна из сфер п ромы шлеп пости и потому лежит в основном на ответственности гражданского населения.

Во всех наших предыдущих ‘войнах мобилизационная база была камнем преткновения, замедлявшим быстрое развертывание наших вооруженных сил. В течение нескольких месяцев мужчин можно сделать солдатами, однако в прошлом нам требовалось по крайней мере два года на то, чтобы вооружить их. В случае новой войны мы будем лишены такого продолжительного периода подготовки.

Сейчас мы не располагаем готовой мобилизационной базой, которая дала бы нам возможность быстро вступить в войну. У нас нет достаточных запасов остро необходимых материалов. «Стоящие наготове» заводы, которые могли бы быстро переключиться с гражданскою на военное производство, не имеют необходимых мощностей. В шкафах правительственных учреждений лежат пачки покрытых пылью схем, которые показывают, какие промышленные предприятия потребуются в случае внезапной войны. Па самом деле этих предприятий, однако, гораздо меньше, чем нам требуется.

Наша мобилизационная база недостаточна для удовлетворения наших собственр1ых потребностей, а тем более для поддержки в затяжной войне наших союз-ников. Все расчеты должны исходить из предпосылки, что в мировой войне союзники в течение немногих педель могут израсходовать свои запасы орудий, танков, самолетов и боеприпасов. Если это произойдет, могут повториться те несчастные дни, которые мы испытали во время второй мировой войны. Солдаты помнят время, когда все винтовки, находившиеся на складах США, были отправлены в Европу и на Британские острова. Резервные запасы наших собственных вооруженных сил были сведены к нулю. Относится это не только к винтовкам, но и к легкой полевой артиллерии. Во многих наших частях в ходе обучения пришлось использовать макеты орудий. Во время прорыва Роммеля к Каиру мы вынуждены были

изъять танки из наших бронетанковых дивизий, занятых боевой подготовкой, и быстро перебросить их к англичанам в Африку. Если завтра разразится война, нам придется поступить точно так же. Может случиться, что через несколько недель после начала войны нашим и союзным войскам в Европе придется воевать таким оружием, как камни, палки и кулаки.

В последние дни моей службы в Пентагоне в высших кругах гражданской власти стало ощущаться другое влияние, более сильное, чем стремление к экономии за счет армии. Я имею в виду так называемое «мирное наступление» — внезапное изменение дипломатической тактики России, которое во время первого совещания в Женеве озарило доверчивый мир лучезарным светом надежды.