Литовченко Тимур Иванович — Пятая графа

Оказалось, это какой-то её четвероюродный братец из США прикатил. Мой пятиюродный дядя, значит. Ничего старичок, в бейсболке, сандалиях с носками "от Кардена", в тенниске цветастой и линялых шортах до колен - ну, знаете, как американцы ходят? Это он, значит, уже второй день в Киеве. Семейное предание гласит, что где-то здесь осталась его непутёвая дальняя сестра, вышедшая замуж за гоя, который погиб дурной смертью. Так вот, решив посетить далёкий Киев, где дядя не был уже лет двадцать, наперекор семье он отважился разыскать пропащую сестру Фейгу и оказать ей огромную, по украинским меркам, материальную помощь в размере двадцати долларов! Мелет он, значит, всю эту ахинею и держит свои двадцать баксов в руке. Без конверта, по-простецки этак.

Мама Феня выслушала его спокойно, а потом и говорит: "Ну, что ж это мы на пороге стоим? Пошли на кухню хотя бы..." Только тут пятиюродный дядюшка спросить догадался: а кто этот молодой человек, который с нами? Но когда он узнал, что это сын непутёвой Фейги (а я же в рабочем костюме, даже с галстуком, несмотря на жару), да когда вдобавок мамеле открыла холодильник и выставила оттуда отменное угощение... Короче, тут американский дядюшка окончательно скис, сгрёб со стола свою двадцатку и разочарованно констатировал: врёт семейное предание, и вовсе не бедует эта Фейга, потому что и в самом Нью-Йорке таких кушаний не найти! С тем и ушёл восвояси.

* * *

А вот теперь скажите по совести: имею я право сегодня напиться или нет?!